Шикотан авто

09:58 18 июня 2018.

Каково это — жить далеко от Большой земли? Скажем сразу: жить можно. Главный принцип — умей ждать и дождись. Власти заявляют о грандиозных планах по развитию Курильских островов и настойчиво зовут туда туристов. При этом мы, сахалинцы, далеко не все там побывали, и судить о переменах приходится, в основном, по оптимистичным отчетам о поездках губернатора. О том, что удалось увидеть своими глазами, эти путевые заметки.

Море — «наше все», а для жителей Шикотана — дорога жизни, причем единственная.

«Игорь Фархутдинов» вот-вот причалит к берегу, в глаза бросаются сторожевые корабли, которые охраняют бухту, бело-синие домики на сопке, в которых живут военные, и новая школа. Пока идет высадка и проверка документов, можно рассмотреть местные достопримечательности.

Ехать нужно только «к кому-то» и «зачем-то», просто так, в никуда, не получится.

Историческое здание у воды со словами «Слава партии» и ржавое судно, груда железяк на берегу морально настраивают прибывших на путешествие во времени.

Крабозаводское

На острове есть два поселка — Малокурильское, куда причаливает теплоход, и Крабозаводское (входят в состав Южно-Курильского городского округа). Нам предстояло жить в Крабозаводском, поэтому больше всего впечатлений осталось именно от этого местечка.

Дорога, над которой висит туман, занимает всего несколько минут. По пути достопримечательности — монумент труженикам моря, местная свалка, выбранный властью участок под взлетно-посадочную полосу, развалины старых зданий, огромные цистерны под топливо.

Рыбаки, военные и бюджетники — вот кто здесь живет. Охраняют, учат и лечат. Плюс те, кто вышел на пенсию. По официальным данным, сельское население всего городского округа составляет 3824 человека, а это 9 сел: Менделеево, Отрада, Маяк Ловцова, Буровая Рудный, Застава Докучаева, Головнино, Дубовое, Крабозаводское, Малокурильское. На Шикотане сейчас живут около 2,5 тысячи человек, а до 1994-го было 7,5.

В Крабозаводском есть гостиница на 4 номера, в этом же здании расположена рабочая столовая (раньше это был ресторан). Рядом библиотека, дом культуры, два магазина, рыбоперерабатывающий завод — это центр. Самые красивые здания, гордость поселка — больница и школа.

Асфальта на острове нет, поэтому в сухую погоду люди глотают пыль, а в дождь надевают обувь понадёжнее.

В советские годы работали шесть консервных заводов: три в Малокурильском, три в Крабозаводском. В 1977 году рыбопромышленные объекты Шикотана объединили в одно предприятие — рыбокомбинат «Островной» в подчинении Сахалинрыбпрома, который стал впоследствии крупнейшим рыбоперерабатывающим комплексом СССР. Сюда приезжали студенты и специалисты, приглашенные по оргнабору из 20 регионов страны. В начале 90-х объемы выпуска рыбы и консервов резко упали, а землетрясение 1994 года ускорило разрушение комбината. Сотни жителей покинули остров навсегда.

Первый вопрос, который задала мне разговорчивая местная жительница: не связь ли мы приехали налаживать, а то все обещают! В каком-то смысле да.

Лишний раз убеждаешься, чем дальше от мегаполисов, тем приятнее люди, с ними «связь наладить» гораздо проще.

Недолюбленный остров

С Интернетом очень плохо, но люди приспособились его как-то добывать малыми порциями. Поднимаюсь на высокую точку поселка и пытаюсь через Мегафон войти на — «колесико» долго крутится, оставляя надежду, но увы. Впрочем, люди наслышаны и ждут, что Ростелеком вот-вот приступит к прокладке подводного волоконно-оптического кабеля на Южные Курилы. Скорее бы.

Хочешь найти авторитетных людей — иди в библиотеку и школу. Местная школа расположена на вершине сопки (в цунамибезопасной зоне) в живописном месте. На вид просто чудо, но детей в ней всего 128 человек, 11-классников в этом году выпущено в мир двое. Очевидно, строили с заделом на будущее, лет на пятьдесят. Поговорить с учителями не удалось, в этот день сдавали ЕГЭ. Неподалеку дорожка сворачивает вниз и вдруг появляется тротуар, выложенный плиткой — это путь к больнице.

Таких зданий библиотек встречать еще не приходилось. Женщины здесь работают чудесные, встретили радушно. Ведущий библиотекарь Нина Исупова рассказывает исторические факты, показывает книги о Шикотане, говорит о «бородатом народе» айнах. О том, как четыре русских корабля под командованием капитана Мартына Шпанберга совершили плавание к берегам Японии, а на обратном пути русские исследователи изучали острова Шикотан, Итуруп, Уруп и Кунашир.

— А 3 июля они оказались в районе мыса Край Света, шли отсюда вот сюда, — показывает на карте Нина Михайловна, — и примерно в этом месте тормознули, переночевали. Вдали виднелись три макушки сопок, это были вулкан Тятя, Богдана Хмельницкого и, возможно, Мендель. И тогда решили остров Шикотан немножко обогнуть — это было как раз напротив Малокурильской бухты. Вышли, бухта понравилась — круглая, глубокая, удобна для стоянки судов (правда, когда с севера ветер дует, по-всякому выкручиваются корабли), и решили набрать пресной воды. Набрали 14 бочек (в том месте, где у нас «пожарка», в этой речке), после чего сделали заметку в журнале: «Вода очень сладкая» (а это так и есть), а также «Народ мы не видели, но очаги были теплые». 7 июля они уже были на острове Зеленом, запись «Место гладкое. Зелено». Сейчас на всех этих островах: Полонского, Зеленом, Юрий, Анучино, Танфильева — стоят заставы…

Прощаемся, и фото на память.

Сотрудники библиотеки Нина Исупова, Екатерина Синькевич, Светлана Решетникова

Дом культуры носит известное имя «Утро Родины». Как рассказал исполняющий обязанности директора учреждения Валерий Тоцкий, кружки и секции посещают около 150 человек: пожалуйста — танцы для детей, фитнес, эстрадный и театральный кружки, литературная гостиная. Пытаются днем показывать мультфильмы, но дети не приходят. Потому что взрослым тоже не до кинопросмотров. Кинозал просторный, но пустует.

— Конечно, прокатные фильмы первой величины мы показывать не можем, это дорого. Дискотеки тоже оказались не востребованы, кому на них ходить? Рыбаки работают по 18 часов в сутки, им не до танцев, молодежи мало, если уезжают учиться, то возвращаются редко.

На вопрос, где, например, молодые отмечают свадьбы, собеседник отвечает, что кафе в поселке нет, раньше был ресторан с громким именем «Империал», — работал один день в неделю (допустим, по пятницам) и тоже пустовал. Ради двух-трех человек содержать его не имело смысла, вот и закрыли.

— А свадьбу и в нашем поселке можно отметить, я видел пару раз, — улыбается Валерий Тоцкий и переходит к любимой теме о талантливых детях и их успешных выступлениях на районных конкурсах.

Можно съездить повеселиться в Малокурильск, автобус между поселками ходит бесплатно, но до 17 часов. Возвращаться придется на такси, цена поездки 350 рублей.

Магазин небедный, депутаты, побывавшие недавно на Шикотане, . Товары привозят из Владивостока и из Южно-Сахалинска, поэтому цены в большинстве соответствуют нашим, хлеб стоит около 50-60 рублей, помидоры 160-200 рублей, огурцы 200-250, зелень, рыба, молочная, мясная продукция в ассортименте, большой выбор местной выпечки.

Рядом магазинчик промышленных товаров, где продаётся всё-всё — от резиновых тапочек до новинок последних коллекций одежды. Это грустная шутка, конечно. С одеждой здесь унылая картина. И обслуживание ввиду отсутствия конкуренции, как показалось автору, осталось на уровне времен Сахалинрыбпрома. Куда вы денетесь, все дороги ведут в Рим.

Хорошо отдыхают те, у кого есть машина. Час езды — и ты в красивейшей бухте. У кого нет, довольствуются красотами бухты Крабовой. Выйти к морю можно рядом с действующим рыбокомбинатом. Эту народную набережную называют «пятым причалом». Камни, следы от костров, остатки бетона и, вероятно, не очень безопасное дно для купальщиков.

Интересная особенность здешнего поселка: людей в рабочий день на улице встретишь редко. Они с любопытством разглядывают прохожих из окон. Многие приветливо здороваются. Рассказывают, какой это каторжный труд — гнуть спину на рыбообработке, но любят свою работу… Если пожить здесь подольше, можно раскопать уникальные судьбы для сюжетных историй. И еще в поселке летают стаи огромных ворон и щелкают клювами у тебя перед носом. Для устрашения их прибивают к «позорному столбу».

— Наш остров власть недолюбливает, — рассказывает собеседница из числа старожилов поселка. — После землетрясения 1994 года здесь построено по программе переселения, кажется, 4 дома. Правда, вон там, на площадке, где крест стоит, уже землю раскопали, будут строить арендный дом.

Дорога? До Малокурильска по федеральной программе построили, что называется, деньги закопали. По курильской программе здесь много «закопали». Очистные сооружения построили, запустить обещали, но руки так и не дошли закончить. Реконструкцию систем энергообеспечения обещали. Деньги освоили, а результат мизерный, за это Хорошавина, видимо, и посадили. Но сбегать отсюда все равно не собираюсь, потому что дышать не могу без этих сопок и тумана. Вы вон в теплую куртку нарядились, а я, посмотрите, как одета! Это мой любимый климат, и те, кто прожили здесь всю жизнь, а потом уехали в Краснодар — уже умерли либо назад вернулись.

А еще люди просят построить общественную баню. 15 июня должны были отключить тепло, в домах станет сыро и холодно, лета еще нет. Прогреться негде.

— Вот как мы здесь живем, — вздыхает женщина и рекомендует приехать на Шикотан в августе, когда золотая пора, солнце, голубые бухты, счастье.

— У нас один нехороший подрядчик взялся дом строить, но ничего не сделал и вроде бы его даже в тюрьму посадили, — рассказывают два подростка и просят «не вздумать снимать их на камеру».

— Не скучно вам здесь? Чем занимаетесь?

— У нас круто, весь день гуляем, свежим воздухом дышим, — наигранно смеются парни.

Если на закате подняться по этой лестнице, дождаться, пока осядет пыль и зажгутся фонари, поселок предстанет в новом свете. И вроде бы никакая не провинция.

Малокурильское

Приличный портовый поселок. Красивые школа и детский сад, есть детские площадки и новые дома (арендные для военных и бюджетников ярко-желтого цвета, всего обещают построить 7), знаменитый спорткомплекс «Шикотан-арена» и кафе: сюда ездят отмечать праздники и жители Крабозаводского.

С арендными домами не все гладко, местные называют их «коробочками» и рассказывают страсти про хрупкие стены и потолки. Чтобы начать там жить, нужно вложить немало средств. Благоустройство возле домов? Это можно увидеть на фото.

Каждое лето сюда приезжают японцы, прибывшие на острова по безвизовым обменам, чтобы поклониться могилам предков.

Подход теплохода — событие в поселке. Конечно, шикотанцы хотят чаще выезжать на Сахалин, но такой возможности практически нет. Билеты распроданы на месяц-два вперед.

— С появлением возможности купить билет через Интернет исчезла коррупционная составляющая, — рассказывает местный житель Александр, — а то раньше займешь очередь, ты вроде первый, а когда время выкупать, ты уже 41-й. Теперь можно планировать отпуск за два-три месяца вперед, выстраивать выезд с Сахалина. Но если нужно уехать срочно, то ты пленник острова. Сезонные рабочие едут бесконечно, они и занимают все места, а нас отодвигают. Вертолет? Это идти в администрацию, просить, обосновывать, почему мне нужно улететь по семейным обстоятельствам… Так нас много таких. И сколько это будет стоить?

Градообразующее предприятие здесь — рыбокомбинат «Островной», видно, как активно готовится площадка под строительство консервного завода. Обещают создать 800 новых рабочих мест, но пока трудно представить, где будут жить эти сотни счастливчиков.

Погода меняется внезапно — синее небо вдруг заволакивет облаками, нависает густой туман, затем снова солнце как подарок. А вообще-то в начале лета обычно — циклон за циклоном.

На Шикотане нет горячих источников и вулканов, возможно поэтому ему уделяется меньше внимания, чем тому же Южно-Курильску. Считается, что туристу здесь делать нечего. Но это ошибочное мнение, уверяют местные жители. Прибрежье изобилует откосами, перекатами, омутами.

Сопки нежно-зеленого, а на солнце изумрудного цвета выглядят так, словно кто-то аккуратно подстриг эти лужайки. На самом деле это заросли бамбука.

Лес безопасен, потому что на острове, говорят, нет ни одного медведя, только лисы — ставь палатку и наслаждайся красотами. Зато есть знаменито-ядовитая трава ипритка.

Скалы красивы и где-то даже жутковаты. Мы побывали в туманной бухте Отрадной, увидели мыс Край Света, мыс Краб и построенный японцами и еще действующий маяк Шпанберга, который является (нам пригрозили пальцем) секретным объектом. Все, что успели.

Обилие бухт и высокая влажность дают свои плоды — удивительную растительность. Развалины, дзоты и «остатки империи» — некоторых туристов манит сюда именно это.

Тюльпаны Южно-Курильска

Пора возвращаться. Теплоход загружен наполовину, потому что в Южно-Курильске, куда мы направляемся, его тоже очень ждут пассажиры. Кто-то пытается прорваться «на подсадку», но это бесполезно, жди следующего.

Стоянка в Южно-Курильске оказалась длинной. Пока шла выгрузка, удалось прогуляться по поселку.

Асфальт! Тюльпаны на площади — подарок для глаз слегка одичавшего на Шикотане туриста. Спасибо администрации Южно-Курильска за эту красоту. Администрации Южно-Сахалинска с его ресурсами тут есть чему поучиться.

И напоследок еще один подарок, теперь уже от небесной канцелярии — удивительный закат.

Здорово, что удалось увидеть Шикотан своими глазами, он оказался не таким, как на картинках. Теперь есть с чем сравнить через пару лет. Российский дорогой клочок земли получил статус территории опережающего развития, и это уже большая политика. Есть надежда, что путешествие на острова в скором времени станет праздником, а не испытанием. Что появятся красивые дороги, кафе, ресторанчики и парикмахерские… Что большой бизнес, захотевший пользоваться ресурсами и эксплуатировать эту землю, посадит не одно дерево и построит не один дом. И Шикотан, благодаря обещанным миллиардным инвестициям, станет райским островом, как в рекламе батончика «Баунти».

Время помечтать есть. От порта Южно-Курильска до Корсакова еще как минимум сутки по морям, по волнам.

Тюнинг культура – Bosozoku

Bosozoku style – вообще-то тюнинг привлекателен для значительного количества людей, среди которых далеко не только классные художники, тонкие меломаны или технические гении с блестящим образованием. Хватает и людей, у которых, мягко говоря, недостаточно знаний или просто не все в порядке со вкусом. Достаточно их в штатах, где ступицы еле передвигающихся ржавых ведер почему-то считают местом для блестящих колесных дисков, где местные умельцы даже приноровились изготавливать из картона (чего уж говорить про нашу родину, чьи достижения в этой области даже трогать лишний раз не хочется). Но совершенно неожиданно было обнаружить свою цирковую культуру тюнинга в Японии, чей тюнинговый мейнстрим для всего остального мира уже давно стал своего рода образцом для подражания. Тем не менее, bosozoku – это вовсе не недоразумение, это – реальность. Более того, его появление в чем-то вполне закономерно.

Петр Максимов, история та

Сегодня bosozoku существует в основном в порядке сохранения странных традиций, а в свое время в основу этого движения легла совсем другая почва. Это был яркий протест против обыденности и блеклости японской жизни: легенда гласит, что основу уличных банд составили летчики-камикадзе, у которых были проблемы с меткостью (благодаря которым они, собственно, и выжили после войны). Окончательно перестав бояться смерти, они оседлали мотоциклы и весело принялись искать возможности драться, разбойничать, да и в принципе испытывать кайф от лайфа.

Естественно, японские власти не оставили негодяев без внимания. Благодаря их стараниям, настоящие, идейные bosozoku практически перевелись (в Японии еще активны настоящие бойцы, скатившиеся до сотрудничества с настоящими криминальными элементами, коими сами bosozoku, по-хорошему, не являлись: они просто стремились ярко проводить время, хоть зачастую и нарушая при этом законы). Зато осталось их вычурное наследие: кожаные куртки, армейские сапоги, сумасшедшие прически, а самое интересное – те самые правила доработки мотоциклов и автомобилей, лишний раз укрепившие мнение о Японии, как о6 основном мировом поставщике разных странностей.

Bosozoku style – тут даже «Оптимус Прайм” растеряется

Принципиальное отличие японского bosozoku от российских шедевров колхозного жанра лежит в основе самой культуры bosozoku: это – протест против ставшего обыденным классического японского тюнинга со всеми его flush и прочими Look. Это – гимн агрессии, гиперболе и неразумной диспропорции. Выполнено все нарочито причудливо, но при этом, как правило, качественно. Особенное удовольствие доставляют скопления грузовиков, выполненных по канонам bosozoku: тут даже «Оптимус Прайм” растеряется, а потом и растворится в такой толпе себе подобных (будь он хоть собран, хоть разложен).

Попытки копирования некоторых элементов, присущих автомобилям bosozoku, предпринимались некоторыми российскими умельцами (и не только: в штатах тоже есть поклонники такого творчества), но без особого успеха. Торчащие на несколько метров в небо выхлопные трубы быстро согнутся и отвалятся от качки, обвес, под который не пролезет даже особо целеустремленный хомячок, останется лежать в первой глубокой яме, а любой отважившийся вынести маслокулер вперед решетки радиатора рискует потерять двигатель (от легких аварий и летящих камней, а значит, и от масляного голодания не застрахован никто). В таком контексте начинаешь по-другому смотреть на чудесные российские доделки: абсурд, конечно, зато практично, а вдобавок, они тоже по-своему выделяют машину в потоке.

Bosozoku style – Японский тюнинг Тюнинг культура — Bosozoku Bosozoku style — вообще-то тюнинг привлекателен для значительного количества людей, среди которых далеко не только классные художники, тонкие меломаны или технические гении с блестящим образованием.

13:30 31 декабря 2019.

Шикотан — самый отдаленный из обитаемых островов Южных Курил, единственный из всей малой гряды, где есть постоянное население. Здесь не построен аэродром, отсутствуют асфальтированные дороги, не найдешь некоторых благ цивилизации. Зато есть почти три тысячи человек, несколько рыбоперерабатывающих заводов, обещающих в перспективе стать крупнейшими на Дальнем Востоке или даже в России.

А еще — ощущение, что остров недолюбили. Особенно горькое — для переживших землетрясение, транспортную и продовольственную блокаду 1990-х, а сейчас имеющих возможность выбраться на омываемые нефтяными деньгами Сахалин или соседние Кунашир и Итуруп.

Остров, который не хочет тебя убить

Шикотан удивляет еще на подлете — остров, обрывающийся в море многометровыми уступами, напоминает любимый газон озабоченного садоводчеством великана. Покрытые невысоким бамбуком ровные сопки напоминают ровно подстриженные альпийские луга, а изломанные ветрами деревья, цепляющиеся в края уступов, рождают ассоциации с деталями странноватого детского конструктора, забытого кем-то на этом согретом солнцем пятачке зелени и пурпура в бескрайнем океане морской синевы.

Ощущение какой-то нездешности еще больше возрастает, когда выпрыгиваешь из пропахшего керосином брюха вертолета в теплые объятия шикотанского октября. Зажатая между невысоких мягких и уютных сопок вертолетная площадка, шелестящий в ветвях ветерок, пахнущий рыбой и солью. По дороге деловито тарахтит мотоцикл, а в овраге щиплет что-то пара коров.

Рельеф с первых же минут поражает перепадами, тектоническими взлетами и падениями. Он напоминает, что земля здесь неспокойна, а то, что последнее сильное землетрясение было четверть века назад, — это не заслуга людей, а просто совпадение и добрая воля природы, позволяющей людям жить и строить на этом краю земли.

Но вообще, Шикотан добр. Это, пожалуй, единственный из курильских островов, который никак не пытается убить тебя. Здесь нет медведей, змей, вулканов, кипящих ручьев и пахнущих серой полей. Самые опасные хищники — наглые лисы, способные распотрошить рюкзак неосторожного походника, а наиболее страшное, что грозит оказавшемуся в лесу, — заросли местной особенно ядреной ипритки.

Даже заблудиться здесь, пожалуй, не получится — площадь острова всего 252 квадратных километра, особенно дремучих лесов нет, зато речек в избытке. К тому же всегда можно выйти к морю и уже оттуда выбираться к цивилизации, которой, правда, на острове довольно немного. Главное — не подходить слишком близко к осыпающимся берегам — иначе можно свалиться вниз с высоты. Это говорят местные, не шутка и не преувеличение — подобные трагедии случаются чуть ли не ежегодно.

Люди, которые готовы тебе улыбнуться

Жители Шикотана — люди удивительно добрые и открытые. Здесь радушием пропитано буквально все: пыльные улицы, на которых незнакомцы запросто могут улыбнуться в камеру и помахать рукой, возвышающиеся над городом скамейки, где под громкую музыку проводят вечера местные подростки, укутанные морским туманом почти норвежские бухты, где запросто можно встретить начинающих курильских инста-моделей. На немногочисленных тротуарах играют в классики дети и родители, по краю прибоя толкают коляски озабоченные чем-то своим мамочки. В хостеле, где койка стоит 1000 рублей, тебе подскажут, где купить баскетбольный мяч и куда сходить за дешевой куксой, а в гостинице с номером за пять тысяч посоветуют способ добраться в соседний поселок и расскажут, почему стоит запастись едой до посадки на теплоход «Игорь Фархутдинов».

К приезжим здесь привыкли — туристы, журналисты, командировочные на маленьком острове заметны. Особенно много приезжих стало после сенсационного , показавшего, что курильчане Курилы отдавать не собираются. Пускай гостей здесь не так много, как на соседнем Кунашире, куда даже японские делегации заглядывают, но достаточно. В последние годы прибавилось и заезжих работников — целые когорты рыбообработчиков, едущих на строящиеся и действующие заводы и предприятия.

Две с половиной тысячи жителей Шикотана распределены между двумя небольшими селами — «столичным» Малокурильским, где есть пристань для пассажирских судов, церковь и администрация, и Крабозаводским, где находится больница, действующий дом культуры, музыкальная школа. Между собой села называют просто и без изысков — Малое и Краб.

Центры обоих сел и градообразующие предприятия — рыбообрабатывающие заводы: знаменитый «Островной» в Малом и построенный «Гидростроем» и запущенный этим летом суперсовременный комбинат в Крабе. Два села, словно пуповиной, связаны короткой грунтовой дорогой — всего около восьми километров.

Между ними по расписанию ходит бесплатный автобус — чуть ли не единственный в Сахалинской области безвозмездный транспорт между населенными пунктами. Отправляется потрепанный жизнью ПАЗик раз в час, но ходит только до 17.00 — это вызывает у местных жителей недовольство, но не особенное. Бывает, между двумя селами ходят пешком, кто-то добирается на попутках, у многих — свои автомобили. В основном старые и проверенные японские праворульные артефакты из девяностых или начала нулевых.

Краб и Малое неразрывны — кто-то живет в одном селе, а работает в другом, дополняют друг друга объекты социальной инфраструктуры. Во времена Александра Хорошавина был даже проект переселения двух поселков в один — отговорить экс-губернатора от этой идем сумели лишь аргументы вроде возможных цунами, необходимости использования обоих удобных (и крайне живописных) бухт острова, а также соображения о том, что рыбзаводам все равно придется работать на двух площадках. Решили в итоге не переселять. Так и живут — кто в новых старых, кто в старых новых домах. С жильем тут вообще беда — многие вынуждены выживать во временных домах, возведенных четверть века назад после разрушительного землетрясения. Или даже каким-то чудом переживших разгул стихии.

Колоритный рыбообработчик Алан, которого я встретил возле окрашенной в патриотичный триколор теплицы, пожаловался, что в его доме немилосердно течет крыша.

— Чем живет Шикотан? Работа — рыба. Рыба есть — есть работа. А нет — живем, конечно, но плохо. Вообще, раньше лучше было — в 80-е ты получал зарплату, платил за все и был королем — мог лететь куда хочешь и покупать что вздумается. Теперь такого нет — за квартиру заплатил, детям отправил и нет ничего, — улыбается Алан и проводит внутрь теплицы, где отцветают последним и самым сладким выращенные им ярко-желтые цветы. На Шикотане он уже почти 40 лет — помнит времена, когда на острове работали шесть заводов, а на заработки со всего Союза приезжали несколько тысяч студентов и молодых людей.

— А с вами девушки есть?

— Нет.

— Жаль, так бы я вам цветов подарил, — радушно заканчивает улыбчивый работник рыбзавода.

Алан

На соседней улице пожилой Николай Никифорович и его восемь кошек готовятся к зиме. Их дом на Лесной, 1 в Крабозаводском был построен в 1970-е и явно сильно пережил свое время. Зимой в стены немилосердно дуют морские ветры, а окна превращаются в настоящие снежные пушки, посыпающие морозной крупой все вокруг. Чтобы хоть как-то спастись, мужчина каждую осень забивает их найденным где-то целлофаном.

— Все обещают переселить, но как-то не очень это идет. Так что мы сами по себе — выживать пытаемся. Я недавно на Сахалин летал, операцию делал, слава Богу, все хорошо прошло. Спасибо соседям — позаботились о животинках… Так и живем — окна забиваем, на пенсию да на надежду существуем, — не унывает пенсионер. За работой хозяина бдительно, но с почтительного отдаления наблюдает то одна, то другая кошка — первая пришла к нему много лет назад, остальных то подкидывали, то плодились. В любом случае, откладывает пенсионер молоток, спускаясь с ветхой самодельной «стремянки», вдевятером веселее.

Интереснее жилье в Малокурильском — в Крабе дома типовые, в большинстве своем обитые сайдингом двухэтажки. А вот в Малом еще до страшного землетрясения улицы украсили необычными домиками в каком-то даже скандинавском стиле. Не все из них хорошо чувствуют себя с точки зрения комфорта, некоторым фундамент уже заменило честное слово, но такой архитектурой многие тут гордятся. А вот типовые новостройки, которые возводят как арендное жилье, квартиры для переселенцев, военных или бюджетников, вызывают у шикотанцев смешанные чувства — с одной стороны, хорошо, что есть. С другой — в таком месте хотелось бы чего-то более интересного и «живого».

— Даже эти домики, которые Бог знает когда строили, и то лучше выглядят. А эти — никакие, не курильские. Да и качество не всегда у них достойное. А еще видите, как они в эту сопку вгрызаются? Прямо в центре города себе карьер устроили. Никогда такого себе не позволяли прежние власти, а эти уродуют. Лишь бы заработать, — показывает на разрабатываемую тяжелой техникой, обвитую контуром-удавкой дороги, сопку Игорь Томасон. Молодой человек один из самых колоритных персонажей, встреченных на Шикотане, — в высоких сапогах, хулиганской кепке, пересыпающий речь японскими словечками.

— Мы тут конвертируем свое знание языка в возможность светлого будущего, — мрачно шутит он. В Малом он вместе с женой владеет небольшим кафе-магазином, ездит на вахты, к тому же водит по немногочисленным достопримечательностям острова туристов.

Несмотря на все проблемы, видно, что нефтяное изобилие последних лет, топившее область мегапроектами с мегазатратами, пускай на излете, но и Шикотана коснулось — высятся желтыми громадами школы и детские сады, вынесенные подальше в сопки, стоит циклопическая больница, даже быстрый Интернет проник практически везде. По крайней мере проблемы с загрузкой родного Sakh.com, на которую еще год назад , не возникало ни разу.

Русская полька, которая наполняет японские стены

На Шикотане, очевидно, любят две категории транспортных средств — это либо большие японские внедорожники, либо японские же небольшие мотоциклы. По крайней мере встречаются они здесь значительно чаще, чем должны в соответствии со статистикой. Есть «крузак» — дизельный, праворульный, на слегка грязевой резине — и у Игоря. Он работает на одном из местных рыбзаводов и вызвался провезти нас на мыс Край Света.

— Я как думаю — если нужен остров, то делайте так, чтобы люди здесь жить могли, как люди. А не так, что четверть века в халупах каких-то в Малом выживают. Вот я всем говорю — дали бы мне денег достаточно, чтобы на Сахалине или материке жилье купить, так я бы туда и уехал сразу. И многие здесь так — далеко не всех что-то держит, дети поразъехались, чего ждать? Только вот не все могут сделать это. Вот в чем дело, — рассуждает он.

Игорь на Шикотан приехал совсем маленьким вместе с родителями и так здесь и остался — работал на рыбе, помнит «золотые времена», когда остров давал каждую третью банку рыбных консервов в стране, и темную эпоху, когда остров лишился львиной доли обитателей. Сегодня, признается, шикотанцы чувствуют себя какими-то забытыми — на большой земле многие из них никому не нужны. Приехавшие на остров со всей страны много лет назад, но до сих пор не имеющие здесь корней и истории, они оказались в каком-то безвременье.

Сегодня волна миграции снова накатывает на берега Шикотана — возвращаются уехавшие на большую землю за образованием, разочаровавшиеся в лучшей жизни на материке, вынужденные помогать оставшимся на острове родным. На улицах — мамы с колясками, на детских площадках — детишки постарше, совсем взрослые школьники деловито спешат куда-то с портфелями наперевес. Жизнь если не кипит, то пузырики со дна уже поднимаются.

Молодая девушка Ольга следит за бойким Егором, бегающим среди пластиковых фигур Волка и Красной Шапочки. Сперва говорит, что живёт тут месяц, чтобы не давать интервью, но потом признается, что живёт тут всю жизнь, уезжать, говорит, не собираюсь.

— Жизнь становится лучше, не могу сказать, в чем, просто лучше, — откидывает от лица прядь волос.

Порой на Шикотан люди попадают совсем удивительным образом. В маленькой музыкальной школе, скрытой от цунами на вершине холма, звучит фортепиано. В здании, построенном после землетрясения в рамках японской программы гуманитарной помощи, до сих пор ни разу не чинили лаковый пол — здание в первозданном виде сохранил его прежний директор, отдавший учреждению без малого три десятка лет. Сейчас школа переживает новый расцвет — в учреждение стоят очереди. С декабря 2018-го ее возглавляет Екатерина Михеева. На отдаленный курильский остров девушку занесло из Воронежа.

— О, это целая история, как я попала сюда. Я вообще закончила музыкальную школу в Южно-Сахалинске — сюда переехали мои родители. Потом я уехала в Воронеж — это мой родной город, я там родилась. Дальше уже интереснее. Одна из моих коллег живет в Америке, а на Курилы приехала на встречу выпускников — там по распределению работает одна из их потока. Была в Южно-Курильске, и ей предложили заехать и на Шикотан. Погода была отличная, и она решила попробовать. И тут узнала, что есть вакансия директора школы. Ну и позвонила мне, рассказала. А я работала в университете, курировала прием абитуриентов, довольно долго этим занималась. А она и говорит — интересное место, самореализация, новые задачи. Два месяца думала. Ну и решила: а что я теряю? В Воронеж я всегда успею вернуться, там у меня семья, квартира, — улыбается Михеева. — И вот я тут. Школа прекрасная для такой отдаленности, для Шикотана — это просто великолепно. Сейчас развиваемся, растем. Привлекли молодого специалиста на гитару — очень востребованный инструмент, родители очень просили. Сделали рывок серьезный. Работаем над тем, чтобы сюда привезли новые музыкальные инструменты. В общем, трудимся.

Сейчас на поступление выстраивается очередь — всех желающих небольшое здание и коллектив принять не в состоянии. У директора, смеется она, даже нет своего кабинета — работать с бумагами приходится под звуки фортепиано, за которым репетируют ученики. Она и сама охотно упражняется в классике — открывает крышку, под которой скрыты отливающие топленым молоком клавиши, и небольшой актовый зал наполняется полькой, написанной Сергеем Рахманиновым.

— Чем живут здесь? Я чувствую, что люди изголодались по движению в принципе. Здесь нужно движение. Место ограничено, но есть прекрасный дом культуры в Крабозаводском, в Малокурильском тоже его реставрируют и новый строят. Этот остров стремится к жизни. Замкнутое пространство, ограниченная инфраструктура, проблемы с транспортом. Но все это поправимо. Кто много работает, у кого есть терпение и цель — тот всего добьется. Думаю, это правильный подход.

Земли, которые не знают, с кем им лучше

О суверенитете над островами России или Японии на Шикотане говорят достаточно мало. Людей, честно говоря, больше волнуют проблемы сегодняшнего дня — текущие крыши, разрушенные предприятия, проблемы с транспортом.

— Знаете, меня спрашивают некоторые, будешь ты тут жить, хочешь? А я говорю — контракт на пять лет. А что дальше? А кто знает. Честно говоря, страшновато бывает, когда начинаешь задумываться. Вот оторвется у тебя тромб или что-то еще такое случится… И тебя же не спасут здесь, похоронят тут. Из-за этого страшно бывает, — рассказывает один из специалистов, приехавших на остров в последнее время.

— Тема с японцами больше на Сахалине и в Москве существует, честно говоря. Если будут рабочие места, то люди останутся и не будут никуда уезжать. Если будут нормальные условия — люди не будут об этом задумываться. А пока все так, как есть, — многие будут задумываться о другой участи для себя и своих, — признается Юлия Натенок. Местный депутат, подрабатывающий от безысходности в службе такси.

Удивительно, но на Шикотане о возможной передаче острова говорят в основном пожилые люди — те, кто помнит, как здесь было до развала 90-х и кто пережил все эти страшные годы после землетрясения. Молодые к вопросу относятся проще — им хватает того, что на острове появился Интернет и запустилось хоть какое-то строительство.

Будущее, которое должно стать счастливым

— К нам надо летом приезжать. У нас так красиво! Все в ромашке, все, потом все… Не в лютиках… Не помню, какие цветы. А в июле-месяце все, как в снег. Невозможно красиво, — охотно рассказывает Надежда Михайловна. Я застал женщину в Крабозаводском за сортировкой картошки на фоне уличного арта со сценами из мультфильма «Смешарики». Она оказалась одним из немногих людей на Шикотане, кто категорически отказывался сниматься.

В Малокурильском на крыльце магазина стоят и курят два человека — пожилой мужчина с суровым лицом и молодая продавщица, которая только улыбается и отказывается говорить, как ее зовут.

— Старый «Островной» развалили, то ли заморозили, то ли нет, люди не понимают, как быть. Рыбы нет, дорог нет. Все разваливается. Я тут 60 лет живу — спросите, что-то хорошее было? Только магазинов все больше открывается, — в сердцах замечает он.

— Да что вы, Михал Иваныч, — строятся же, чего-то делают, — затягивается горьким дымом его спутница.

Дорогу, рассказал замглавы администрации района и куратор острова Сергей Усов, должны начать капитально строить в 2020-м. Уже строится жилье, значительно проще стало с транспортом.

— Вы здесь первый раз? Были бы четыре года назад, поняли, как все меняется. У нас школа была — просто барачного типа, одноэтажные дома 1963 года постройки, четыре корпуса с проваленными полами, где дети сидели в куртках на занятиях. Сегодня стоит новая школа, детский садик, спортивно-оздоровительная школа, строится новый дом культуры, строим парк. Так что развитие идет.

— Не чувствуете себя нелюбимым младшим братом?

— Подмосковье тоже себя считает… Есть разница между Кунаширом и нами? Есть. Как с этим бороться? Это такая риторика больше. Есть же Южно-Сахалинск и Корсаков — область одна, один областной центр, второй нет. Соответственно и разные совершенно условия. Так везде в России. Предприятия пока только строятся — было когда шесть заводов, тогда да, тогда все было иначе. А после землетрясения работало всего два завода, или 30% от мощностей. Когда новые запустятся, наверное, будет интересней. Я верю, что пройдет два-три года и все здесь изменится к лучшему, куда сильнее, — рассказывает Усов.

Из Малокурильского теплоход «Игорь Фархутдинов», держащий курс на Сахалин, отходит около 18 вечера. За несколько часов, оставшихся до его отправления, можно обойти практически весь поселок. Он прижимается к практически круглой бухте, взбираясь на крутые холмы. На самом верху — школа и детский сад, церковь, от креста которой открывается вид на все село. Неподалеку — стройка нового ДК и старое кладбище, с одинаковыми рядами ровных безымянных могил. Где-то здесь начинается тропа для подъема на высоту 412 — самую масштабную гору острова. У ее подножия, деловито делая вид, что не замечают людей с камерой, как-то картинно веселятся несколько местных девчонок.

На Шикотане удалось провести всего семь дней. С учетом двухдневного неудачного вояжа за рыбой и суеты — не так много, чтобы сказать, что знаешь остров досконально и готов составлять по нему путеводитель, но достаточно, чтобы заявить себе, что немного понял его и оставишь в своей памяти надолго.

Пожалуй, это на самом деле «лучшее место», как переводят название многие жители, которому отчего-то не суждено стать тем, что современное общество вкладывает в понятие «комфортная среда». Вместо этого тут есть люди и их энергетика — какая-то океанически всеобъемлющая, спокойная и обволакивающая. Сюда хочется вернуться с палаткой, пожить на берегу моря, отключив телефон (все равно он ловит только в населенных пунктах), полюбоваться рассветами и закатами, подразнить морских птиц и земных лис.

Ведь Шикотан — наверное, все-таки лучшее место. Пускай ему не хватает любви — как со стороны власти, так, возможно, и от собственных обитателей, — но все для того, чтобы быть любимым, у него однозначно есть. И перед Новым годом, когда мечты должны сбываться, хочется верить в чудо. И в то, что у Шикотана и шикотанцев, несмотря ни на что, все будет лучше всех.

***

От автора. Этот текст писался с октября 2019 года — именно тогда состоялась поездка на славный остров Шикотан. Работа растянулась на два месяца по разным причинам, прежде всего из-за того, что о таком месте хотелось написать как-то особенно. Не знаю, получилось это или все-таки нет. Но пускай это будет новогодний итог всего, что было написано в этом году. И новогодняя надежда, что у Шикотана и шикотанцев все будет только улучшаться.

Продолжаю дальше изучать стили внешнего тюнинга авто. До этого я писал про Ресто-стиль и его разновидности. Теперь перейдем к Японии)) Статью я конечно писал не сам, скопировал. Ссылочку приложил ниже))

Босодзоку (яп. 暴走族 бо:со:дзоку?, букв. «агрессивный гоночный клан») — полукриминальная субкультура байкеров, насчитывавшая в 2009 году более 42,5 тысяч человек. Босодзоку — одна из самых известных субкультур Японии. Они появились как субкультура, состоящая из криминальных группировок лихачей-мотоциклистов, а вскоре часть босодзоку перешла на автомобили. Одна из самых примечательных особенностей субкультуры босодзоку — тюнинг их мотоциклов и автомобилей. Босодзоку включает пять направлений тюнинга:
-Shakotan

-Yanky style

-VIP style

-Kyusha style

Shakotan
Этот термин появился после выхода манги «Shakotan Boogie». Дословно Shakotan переводится как «минимальный клиренс».
Допустима установка масляного радиатора, накладок на арки, Tsurikawa (об этом чуть ниже), все зависит от вкуса владельца.

Yanky-style
Янки основан на цветах одежды алоха (гавайские рубашки) – рыжий, желтый, белый. Именно эти оттенки используются в раскраске. Так же неотъемлемой частью янки являются накладки колёсных арок.

VIP стиль (произносится именно ВИП, а не Ви Ай Пи) или Bippu (японское произношение) находится между Shakotan и gang cars. Здесь так же достигается низкая посадка, но это более дорогой по сравнению с босодзоку стиль. Кроме того, в ВИП как правило используют новые автомобили, а в босо используются старые с 70-х до начала 90-х.
Вот такие безумные проекты называют BosoVIP:

Kyusha-style
Босозоку не совсем правильное название стиля. Босо – это мотоциклетная банда. Поэтому люди предпочитают название kyusha-kai, чтобы не приписывать себя к различным группировкам. Дословно этот термин переводится как Japanese old classic car, т.е. он описывает измененный японский олдовый автомобиль (который не обязательно должен быть очень низким и ярким).

Grachan (или grauchan)
Парковка у трассы Fuji Speedway пользовалась особой популярностью для встреч босозоку. На ней они обсуждали последние события из мира автоспорта и обменивались опытом по настройке автомобилей.На машины в этом стиле устанавливаются точные копии вайдбоди от гоночных тачек. Редко конечно, но в салоне присутствует каркас безопасности.

Босодзоку включает в себя все вышеприведенные стили. На базе Kyusha создаются неповторимые автомобили, низкая посадка как в Shakotan, широкие накладки на арки в Yanky-style, формы кузова и раскраска из Granchan, громкие выхлопные трубы как у мотоцикла. Все это объединяется, создавая невероятный и заметный стиль, присущий исключительно японской культуре.

Совсем наглеть я не буду, в этой статье есть еще очень много интересного про атрибуты этого стиля. Как и обещал ссылочка на статью . И группа Low Cars Fan, где я эту статью нашел

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *