МАШИНА В КОТОРОЙ УБИЛИ КЕННЕДИ

22 ноября 1963 года в 11:35 по местному времени в далласском аэропорту Лав Филд приземлился самолет ВВС США, в котором находился вице-президент США — Линдон Джонсон. В 11:40 там же приземлился самолёт, в котором был Кеннеди. В 11.50 по местному времени президентский кортеж направился с аэродрома в город. Президентский лимузин, в котором находились агенты Секретной службы США Уильям Грир (за рулём) и Рой Келлерман (на пассажирском сиденье), супруги Кеннеди (на двух задних сидениях) и губернатор Техаса Джон Конналли с женой Нелли (на двух передних), ехал ближе к голове кортежа. За ним двигалась машина с агентами Секретной службы, за ней — машина, в которой ехал Линдон Джонсон. Дальше двигались многочисленные автомобили с остальными членами делегации и журналистами.

Двигаясь по Мэйн-стрит, кортеж въехал в район Далласа под названием Дили Плаза, затем он повернул на Хьюстон-стрит.

«Они убили его!»: 10 самых популярных версий убийства Кеннеди

В этот момент Нелли Конналли повернулась к Джону Кеннеди и сказала: «Мистер президент, согласитесь, что Даллас вас любит», на что Кеннеди ответил: «Разумеется». Затем лимузин свернул на Элм-стрит.

После того, как лимузин проехал мимо расположенного на углу Хьюстон-стрит и Элм-стрит школьного книгохранилища, ровно в 12:30, раздались выстрелы. Большинство свидетелей утверждают, что слышали три выстрела, хотя отдельные свидетели говорили о пяти или шести выстрелах.Первая пуля, по официальной версии, попала Джону Кеннеди в спину, прошла насквозь и вышла через шею, также ранив в спину и запястье сидевшего впереди него Джона Конналли. В то же время, давая показания комиссии Уоррена, Конналли говорил, что был уверен, что он был ранен вторым выстрелом, которого он не слышал. Через пять секунд был сделан второй выстрел. Пуля попала Кеннеди в голову, проделав в правой части его головы выходное отверстие размером с кулак, так что часть салона была забрызгана кусочками мозга.

После выстрела из автомобиля, ехавшего сразу за президенстким лимузином, выскочил агент Клинтон Хилл, который догнал президентский лимузин и попытался запрыгнуть в машину. Ему удалось это сделать только после второго выстрела.

Кортеж президента немедленно ускорился и через пять минут Кеннеди был доставлен в Парклендский госпиталь, расположенный в четырёх милях от места ранения.  Сенат США прекратил работу, минутой позже закрылась Нью-Йоркская биржа. В 15:41 гроб с телом президента был погружен в самолёт, направляющийся в Вашингтон, и доставлен туда ещё через 2 часа. Через 1 час 20 минут после убийства Кеннеди был арестован подозреваемый Ли Харви Освальд. В 20:00 ему было предьявлено официальное обвинение.Осмотревший Кеннеди врач определил, что он ещё был жив, и предпринял первые меры по оказанию экстренной помощи. Чуть позже прибыл личный доктор Кеннеди Джордж Грегори Баркли, но в этот момент уже было очевидно, что попытки спасти Кеннеди были безрезультатны. В 13:00 была официально зафиксирована смерть, наступившая в результате ранения головы, свидетельство о смерти подписал Баркли. В 13:31 в Парклендском госпитале была созвана пресс-конференция и исполняющий обязанности пресс-секретаря Белого дома Малколм Килдафф сообщил о смерти президента.

Через 10 минут после смерти Кеннеди вице-президент США Линдон Джонсон автоматически стал президентом. Он принёс присягу на борту президентского самолёта, в аэропорту Далласа и в тот же день он приступил к исполнению обязанностей президента.

Кортеж Кеннеди на Мэйн-стрит

Вид на Элм-стрит из окна шестого этажа книгохранилища

Джонсон приносит присягу на борту Air Force One в день убийства Кеннеди. Справа от него — овдовевшая Жаклин Кеннеди

This site was created using Okis. Create your own for FREE.

Как убивали  Кеннеди. Реконструкция событий

Здесь мы переходим к реконструкции событий произошедших в Далласе 22 ноября 1963 года. Реконструкция основана на результатах моего расследования и показаниях одного из участников заговора —  Джеймса Фаилза. Эти показания он дал в 1994 году одному из исследователей убийства Кеннеди  — Бобу Вернону. Его показания я использую по двум причинам. Первое — это то что его показания совпадают с моими фактами расследования. (именно совпадают, т.к. я  большую часть расследования ничего не знал о показаниях Фаилза) Вторая причина — в том, что Д. Фаилз по всей видимости говорит правду. Почему? Я подробнее остановился здесь.  

Рассказ Джеймса Фаилза стал сенсацией для специалистов, для меня же он стал подтверждением моих этапов расследования и расставил на места некоторые недостающие факты кторые никто кроме непосредственных исполнителей знать наверняка не мог.  В том числе и связь между известными и малоизвестными участниками заговора и имена некоторых из них.

Утром 22 ноября 1963 года в Далласе  к убийству 35 — го Президента США, Джона Фитцджеральда Кеннеди, были готовы:

Заказчики:

1. Вице — президент США  — Линдон Бэйнс Джонсон.

2. Директор ФБР  — Джон Эдгар Гувер

Соучастники:

1. Нефтяной магнат — Лафаетт Хант

2. Бывший директор ЦРУ — Ален Даллес

3. Бывший заместитель директора ЦРУ — Чарльз Каббэл

Организаторы. Основная команда:

1. Босс мафии — Сэм Джанкана

2. Связной мафии и ЦРУ — Дэвид Аттли Филлипс

Исполнители. Основная команда:

1. Наемный убийца. Активный член мафии — Чак Николетти

2. Связной между ЦРУ и мафией — Джонни Розелли

3. Наемник ЦРУ и инструктор лагерей подготовки диверсионных групп — Джеймс Фаилз (Джимми Саттон)

4. Сотрудник ЦРУ  —  Ли Харвей Освальд  (Связной в Далласе.

Основная задача: обеспечение команды всем необходимым от оружия до транспорта и отвлечение внимания полиции и секретной службы от основной команды стрелков. До сих пор не известно планировалось ли изначально устранение Освальда, но зная специфику работы ЦРУ и серьезность преступления — Освальд, вероятно, был обречен. Хотя сам разумеется об этом не догадывался)

Организаторы. Дублирующая команда:

1. Босс мафии — Санто Трафиканте

2. Связной мафии и ЦРУ — Говард Хант

Исполнители. Дублирующая команда:

1. Наемник ЦРУ — Джонни «Tosh» Пламли

2. Штатный киллер мафии Кливленда — Марсель Сефанно.

3. Наемник ЦРУ — Морис Бишоп

Последние имена нам интересны только по той причине, что дают понять масштаб заговора и гарантию того, что Кеннеди не ушел бы живым с Дэйли Плаза ни при каких обстоятельствах. Гарантия успеха была 100%. Дублирующая команда так и не вступила в работу и ушла не сделав ни одного выстрела.

Рассказывает Джеймс Фаилз, он же Джимми Саттон, заключенный одной из тюрем штата Иллиноис. Срок заключения — пожизненный:

— Все началось за пять — шесть месяцев до убийства. Мне позвонил мистер Николетти и сказал, что я буду рад узнать, что заказали одного моего «друга». Это была такая шутка, так как он знал что я очень не любил Джона Кеннеди. Он объяснил, что моей задачей будет привезти оружие в Даллас и пристрелять его. И что этот заказ он получил от самого Сэма Джанканы.

Боб Вернон: — Джеймс а Вы знаете от кого Джанкана получил этот заказ?

— Нет, но я уверен, что Сэм Джанкана не сам задумал это. Этот заказ ему явно дал кто то еще. 

Я выехал в Даллас на машине с оружием примерно за неделю до даты убийства. Остановился в мотеле в пригороде Далласа, названия не помню, там еще такая, старомодная лампа на вывеске. (установилено, что это мотель «Lamplighter»)

На следующий день в мотель приехал Ли Харви Освальд. Я его знал через Дэвида Эттли Филлипса, моего контролера от ЦРУ.  Он был так же и контролером Освальда. Он нас и познакомил.

Освальд отвез меня на пустырь, киллометрах в 30 от Далласа, где я пристрелял винтовки. Штук восемь или десять, точно не помню. Помню только, что две винтовки, в том числе один Манлихер, были в ужасном состоянии и я их даже трогать не стал. Работать из них было все равно нельзя. Похоже, что этот Манлихер как раз и подбросили на шестой этаж книгохранилища. 

(Сотрудники ФБР приглашенные Комиссией Уоррена для проведения следственного эксперимента обратили внимание на неисправный оптический прицел  и очень тугой курок, с которого постоянно срывалась рука. Они попросили устранить неисправности и только после этого согласились провести эксперимент. Фактически этот Манлихер собрали заново перед проверкой Комиссии Уоррена)

С Освальдом мы провели несколько дней. Ездили по городу. Всю Дэйли Плаза вдоль и поперек прошли. Но за все время, я ни разу не говорил ему о цели всего этого, а он и не спрашивал. Ему просто приказали быть рядом со мной и выполнять все что я попрошу. Что он и делал. Я никогда не обсуждал с ним убийство Джона Кеннеди.

К 22 ноября у меня все было готово. В ночь перед работой я хорошо выспался. Утром, около 08:00  я поехал в мотель, где остановились Розелли и Николетти (установлено, что это мотель «Ol`Southe»). Я забрал Розелли и мы поехали в блинную за городом (Pancake House). Розелли сказал, что там мы должны встретится с человеком по имени Джек  Руби. У него для нас есть важная информация. Мы пришли, я сел за стойку и заказал кофе. Мистер Розелли сел один за столиком. Примерно через 10 мин в кафе зашел полноватый человек. Я его раньше не видел, но мистер Розелли его явно знал хорошо. Они поговорили минут пять, после чего Руби ушел оставив не большой сверток. Я вышел на улицу, завел машину и стал ждать Розелли. Уже в машине он показал мне содержимое конверта. Там были удостоверения сотрудников ФБР и схема проезда кортежа. Мистер Розелли обратил внимание на изгиб, который должен был сделать кортеж при повороте на улицу Вязов и сказал: «Жаль, слишком близко пройдет… лучше бы он шел по прямой… по Мэйн стрит…, Ну да ладно…  и не в таких условиях работали, верно?» и рассмеялся.

Jhonny Roselli

 Мывернулись в отель. Мистер Розелли ушел, а ко мне спустился мистер Николетти. Мы поехали на Дэйли Плаза. Розелли сказал что на всякий случай поедет сам. Мы подъехали, запарковались. Машину оставили за зданием Школьного Книгохранилища и обошли всю Дэйли Плаза. Разговаривали. Я и до этого знал, что стрелять будет мистер Николетти, а Джонни Розелли подстраховывать. Должен был быть еще третий и возможно четвертый  стрелок, но их я не знал. Скорее всего это была дублирующая команда, которая не знала ничего о нас а мы не знали о них. Стандартная конспирация при таких операциях. Дублирующая команда так и не вступила в работу, т.к. Кенеди был убит основной группой.

Не знаю почему, но пока мы гуляли, примерно в 10:30, мистер Николетти спросил: Не хотел ли я его подстраховать? Я ответил что это несколько неожиданно, но для меня это будет большая честь.

Charls Nikoletti в 2001 году. Фото ФБР.

Убийство Джона Кеннеди

Одна из немногих фотографий Чака Николетти.

Он сразу перешел к делу. Сказал, что он и Розелли будут в здании Дэл — текс. И спросил, где бы я хотел находится, но обязательно снаружи. Я сразу сказал про забор на травяном холме. Из — за забора была прекрасная позиция. Улица как на ладони. Попасть отсюда пара пустяков. Он согласился. Спросил из чего я хотел бы стрелять. Я вспомнил, что на пристрелку Освальд привозил  «Remington Fireball»  новую модель, XP-100.  Очень мощное оружие и что удобно хранится в таком чемоданчике. Никто и внимания не обратит. И уйти с таким легче.

Он ушел, я пошел к машине за винтовкой и вернулся на позицию. Обратил внимание на двух людей в черных плащах, они потом отошли подальше к дороге. Я стал устраиваться, что бы открыть чемодан в последнюю минуту, когда все будут смотреть на кортеж президента поворачивающий на Дэйли Плаза. Я был где то в 30 метрах от дороги и с такой винтовкой и оптикой я не волновался за успех.

Кортеж уже сворачивал на улицу Вязов. Когда сзади от них раздались выстрелы. Это был мистер Николетти. Я помню, что услышал два выстрела и в прицел увидел что в президента попали. Но можно сказать промахнулись, т.к. задача была попасть в голову. В прицел я видел, что Джекки смотрит ему в глаза а он держит руки у подбородка.

Я ждал до последнего момента. Если бы промедлил еще —  под прицел уже попадала бы Джекки Кеннеди. Я понял, что если сейчас не выстрелю, то потеряю последний шанс и провалю операцию.

Видимо мы с мистером Николетти выстрелили одновременно, но его пуля попала на тысячную секунды раньше. Голова Кеннеди чуть дернулась вперед и я промахнулся. Вместо глаза попал в лоб над бровью, чуть выше виска. Через прицел я увидел как Жаклин полезла назад подобрать кусок его черепа с волосами. Все стало понятно.

Three frames of the Zapruder film show the head going forward first

Я подобрал гильзу и положил ее в рот. Люблю вкус пороха. Я прикусил гильзу,это мой фирменый знак, и поставил ее на частокол забора. Не надо наверное было этого делать, но тогда мне кровь в голову ударила. Это один из моментов когда чуствуешь себя выше толпы… Ведь мы были уверены что не просто выполняем очередной заказ, а делаем благое дело убирая президента — коммуниста. Это сейчас я понимаю, что это не совсем так…

(Эта гильза  была найдена в 1987 году садовником на Дейли Плаза —  Джоном Рэдмахером, на некотором расстоянии от места, где Файлз сказал, что оставил ее. Гильза  была в основании грунта на глубине около  5 дюймов. Пресса тогда, в 1987 году, дала  очень скудное освещение этой находки и не было никакого упоминания о следах на ней и вообще о связи этой находки с убийством Кеннеди. Более того, даже правительственные и следственные круги никогда не рассматривали и не исследовали гильзу на предмет следов на ней, до заявления Джеймса Фаилза. А он к этому моменту уже давно сидел в тюрьме и об этой находке даже не слышал.)  Подробнее здесь

 — Все как буд то замерло, даже полицейские. Я быстро собрался, убрал винтовку, надел шляпу и двинулся к зданию Dell Tex. Заметил, что один из полицейских, бросил мотоцикл и двинулся в мою сторону, но его остановили те двое в черном которых я видел у забора.

(полицейские Джо Смит и Сеймур Вейцман, свидетельствовали, что они были возвращены мужчинами на травянистом холмике. Мужчины предъявили удостоверения Секретной Службы, хотя точно известно, что людей Секретной Службы США на Дэйли Плаза не было. По крайней мере официально. )

  —  Я видел краем глаза, что на меня никто не смотрит. После этого я уже не смотрел что происходит. Я шел. В правой руке чемодан с винтовкой, другая в кармане, там кольт 45 — го калибра и граната. На всякий случай…»

Боб Вернон: — Джеймс, а что же Освальд? Как Вы считаете сколько он сделал выстрелов?

— Освальд? Ни одного… И не должен был. Думаю что он до последнего момента не знал, что происходит. Он находился на своей позиции, но не очень понимал, чем это для него в итоге обернется.  Он видел свою роль никак не связаной с той, которая в итоге ему досталась. Но то, что он не стрелял — это точно…

Вот так, спокойно и хладнокровно по заранее спланированному сценарию, несколько человек убили президента США, а несколько других подготовили Освальда в качестве «козла отпущения»….

А это и есть Д. Фаилз, случайно попавший  в кадр одной из камер…

This site was created using Okis. Create your own for FREE.

Рожденный дважды

Оба они были героями недавней большой войны, и их знала не только вся страна, но и сотни миллионов людей в мире; один из них покидал пост, другому же суждено было стать его преемником. Их внешний облик представлял разительный контраст друг другу: первый был седой, почти лысый джентльмен, образец солидности и спокойствия, в неизменном костюме консервативного покроя; второй – чуть ли не юноша, с непокорно-вихрастыми каштановыми кудрями, никогда не знавших старомодных шляп, оживленный собеседник, легкий на подъем и всегда готовый к действию… Айк и Джек, Дуайт Дэвид Эйзенхауэр и Джон Фицджеральд Кеннеди, 34-й и 35-й президенты Соединенных Штатов.

Инаугурация Кеннеди состоялась в Вашингтоне 20 января 1961 года. На эту церемонию молодой президент приехал на унаследованном от предшественника старомодно-округлом

Lincoln Cosmopolitan постройки еще начала 50-х, и выглядевшем на фоне стремительно ушедшего вперед дизайна современных машин полным анахронизмом. Неприхотливого Айка мало смущало это обстоятельство: боевого генерала, возглавлявшего войска союзников в Европе в 1944-45 гг., вполне устроил бы и потрепанный «Виллис». И все два положенных ему президентских срока он проездил на неизменном «Космо». Джек же – другое дело: родившийся в семье мультимиллионера, и к тому же имевший молодую красавицу-жену, аристократку и почти француженку, никак не мог донашивать «автомобильные обноски».

Так уж получилось, что вступление в должность 35-го президента совпало с радикальной сменой стиля в американском автомобилестроении. Вычурные, насыщенные хромом кузова «детройтского барокко» середины-конца 50-х, уступали место лаконичным линиям внешности эпохи «конструктивизма», с необходимым минимумом декора. В авангарде этой моды был фордовский

Lincoln со своей новейшей моделью Continental 1961 года (желающие могут посетить галерею, посвященную «Линкольнам» тех лет). Сие достижение было особенно впечатляющим, если учесть тот факт, что предыдущие годы Ford Motor ходил в аутсайдерах по дизайну среди «большой тройки». Все это, вкупе с таким немаловажным обстоятельством, что глава фордовских автомобильных подразделений Роберт Макнамара (кстати, будущий министр обороны) был хорошим знакомым Джека Кеннеди, сыграло свою роль в выборе «Континенталя» как прототипа будущего президентского автомобиля.

Квентин Уилсон, автор монументального фолианта «Классические американские автомобили», писал:

«Lincoln Continental шестидесятых был одним из самых выдающихся люксовых автомобилей, когда-либо производившихся в Штатах. Его окружала аура новизны и превосходства над «вульгарными колымагами» предыдущего десятилетия. Сегодня этот автомобиль остался молчаливым свидетелем величия Детройта, способного без труда заткнуть за пояс любого патентованного «производителя машин №1″ в мире. Приземистый, просторный и мощный Continental был воплощением элегантности и чистоты стиля, выгодно отличаясь от того же Jaguar Mark Х, тесного и топорно сработанного британского седана. Патриоты Америки могли с полным на то основанием гордиться этим автомобилем…»

Превращением стандартного конвертибла Lincoln Continental в суперэксклюзивный открытый парадно-выездной экипаж Белого Дома, занялась кузовная компания «О’Хара Хесс Эйзенхардт», проверенный годами подрядчик для такого рода перестроек (основанная в 1887 году фирма из Цинциннати делала автомобили для всех президентов США, начиная с Трумэна). Механику «Континенталя» трогать почти не стали, лишь усилили подвеску и форсировали V-образную «восьмерку» с 300 до 320 л.с. А вот кузов изменился почти до неузнаваемости. Прежде всего, удлинилась база, став длиннее на целый метр. Крышу срезали полностью, а необходимую жесткость на почти невероятный случай опрокидывания обеспечивали рамка лобового стекла, центральная перегородка и стальной кожух запаски. Для парадных выездов в ненастье на выбор имелись или прозрачный пластиковый комплект из пяти легкосъемных деталей,  либо съемный жесткий верх. Если же погода позволяла, как в недоброй памяти день 22 ноября 1963 года, то крышу не устанавливали вовсе. Более того, как будто специально для увеличения зоны обстрела, задний диван нажатием кнопки можно было приподнять на целых 10 дюймов. Разумеется, у «Континенталя» присутствовали и такие обязательные атрибуты, как съемные флагштоки, фары-искатели, боковые выдвижные подножки, площадки на заднем бампере и поручни для охранников, сирена и радиотелефон.

Стоимость всех работ составила 200 тысяч долларов; к примеру, на эту сумму можно было бы купить 20 стандартных «Континенталей», но фордовский концерн оплатил все счета «О’Хара Хесс Эйзенхардт» и сдал

Lincoln Белому Дому в аренду, за чисто символическую плату в $500 в год. Честь поставщика экипажей для президента тоже к чему-то обязывала.

Получившийся автомобиль обзавелся собственным официальным обозначением – Х-100. Интересно, что окрас кузова у него был не траурно-черный, как на автомобилях, служивших президентам до и после него, а насыщенного темно-синего цвета. Интерьер и кожаная обивка имели двухцветную тонировку голубой «металлик». Всего в 1961-62 гг. было изготовлено три подобных автомобиля; но поскольку двойники Х-100 числились в резерве (ныне один подобный «Линкольн» хранится в частной коллекции Оливье Делафона во Франции), то речь пойдет о том лимузине, который непосредственно служил Кеннеди и его преемникам, вошедшего в историю, как

«Kennedy Car». Также был построен специальный автомобиль для супруги президента, Жаклин, — с непременным прозрачным верхом, но на обычной, не удлиненной базе (он тоже сохранился до нашего времени).

В середине июня 1961-го сверкающий лаком и хромом новичок увидел вашингтонские улицы. На него поставили номерной знак —

«GG-300», а в сентябре того же года по эстетическим соображениям сделали небольшой рестайлинг – поменяли радиаторную решетку на более современную, которую должны были получить модели 1962 года. Надобно заметить, что Х-100 возил не только президента – так, его частенько использовали для встреч астронавтов, когда они возвращались из глубин космоса.

В 1963 году Кеннеди совершил приблизительно 83 поездки по стране и миру, включая визиты в Западную Германию, Ирландию и Италию. Тем же летом он начал турне по западным штатам, чтобы заручиться поддержкой избирателей на выборах 1964 года. В этом смысле, Техас – крупнейший штат Америки, рассматривался как ключевой; кроме того, это был родной штат вице-президента Линдона Джонсона. Чтобы как можно больше жителей Далласа смогли увидеть его, несмотря на возражения охраны, Кеннеди распорядился не устанавливать на машине глухой съемный верх.

JFK (John Fitzgerald Kennedy — американцы любят именовать своих лидеров по инициалам) был, пожалуй, первый президент в истории страны, который по настоящему ценил отношение СМИ и простых людей к себе, зачастую жертвуя собственной безопасностью ради поддержания имиджа.

21 ноября президентский борт ВВС-1 прибыл в Техас, незадолго до этого транспортный самолет С-130 доставил Х-100 и » Королеву Мэри» – один из двух

Cadillac’ов 1956 года, имевшихся в распоряжении службы охраны как автомобили эскорта. В тот печальной памяти день с утра шел ливень, но потом погода прояснилась, и было решено ехать в открытом варианте. Джек и Жаклин находились на заднем сиденье, на страпонтенах – дополнительных небольших сиденьях сидели губернатор Техаса Джон Коннели с супругой Нелл, спереди были водитель и охранник.

В 10:30 президентский кортеж начал свой путь от аэропорта к центру Далласа. Через два часа, когда вереница автомобилей свернула на Элм-стрит в сторону железнодорожного переезда, внезапно раздался резкий хлопок, оборвавший приветственные крики толпы.

Кто убил Кеннеди?

Затем второй, третий… По признанию многих очевидцев, они не сразу сообразили, что это выстрелы

.

Стоявшие у края тротуара увидели, как президент судорожно схватился за горло, из которого хлынула кровь, и тяжело рухнул на руки Жаклин. «Боже мой, что они сделали? — в отчаянии закричала она. — Боже мой, они убили Джека! Они убили моего мужа! Джек! Джек!»

Президентский Х-100 оторвался от вереницы следовавших за ним автомобилей и, резко набрав скорость, понесся к ближайшей больнице. Дорога заняла всего четыре минуты, но все усилия врачей оказались бесплодными. Раны были смертельны. Через двадцать пять минут после выстрелов Джон Фицджеральд Кеннеди, тридцать пятый президент Соединенных Штатов, скончался, не приходя в сознание…

Несмотря на весь трагизм ноябрьского покушения, оно не было чем-то из ряда вон выходящим. В истории обитателей Белого Дома было как минимум два подобных случая, и оба они были так или иначе связаны с автомобилем. Уильям МакКинли, первый президент, самолично севший за руль машины, и приехавший на ней на Панамериканскую выставку, 6 сентября 1901 года стал мишенью анархиста Леона Чолгоша в Буффало, скончавшись спустя несколько дней. В феврале 1933 года прозвучали выстрелы в Майами, когда в открытом автомобиле ехал только что избранный президент Франклин Делано Рузвельт. Пули миновали его, зато погиб сидевший рядом мэр Чикаго Энтони Чермак.

Лишь в декабре 1939 года по настоянию службы безопасности Белого Дома – Сикрет Сервис, в президентский гараж поступил первый специализированный автомобиль, имевший броневую защиту и пуленепробиваемые стекла —

Lincoln 430B, получивший собственное имя — «Саншайн Спешиал» (Sunshine Special), но… тоже кабриолет.

Ныне может показаться странным такое пристрастие первых лиц Америки к открытым автомобилям. Но каждый президент считал своим долгом публично являться народу, а не проноситься мимо толпы в наглухо закрытом лимузине с тонированными стеклами. Кроме того, открытый парадно-выездной автомобиль был, скорее, нормой, чем исключением для руководителей государств мира в 1920-50-е годы, несмотря на все возможные риски, связанные с этим.

Не соответствует истине широко распространенное мнение о том, что если бы прозрачная крыша была бы в тот момент установлена на «Линкольне», то Кеннеди остался бы жив. Увы — это далеко не так: 8-мм плексиглас не смог бы остановить выпущенные пули. Его толщина должна была быть в этом случае никак не менее 5 см.

Сразу же после событий 22 ноября, параллельно с работой комиссии Уоррена, группа из 30 экспертов, в составе которой были сотрудники Сикрет Сервис и Исследовательского центра материалов Армии США, представители «О’Хара Хесс Эйзенхардт» и металлургического концерна «Пи-Пи-Джи Индастриз», занялась анализом технической стороны происшедшего. Итоговые выводы работы комиссии были доложены правительству, и, несмотря на имевшие место быть мнения об уничтожении Х-100 (а просто списывать эту машину было никак нельзя, дабы она не стала предметом торга на каком-нибудь аукционе; да и особенности ее бронирования тоже не подлежали огласке), им было принято решение перестроить автомобиль.

12 декабря

X-100 опять очутился на заводе в Цинциннати, в родовом гнезде все той же «О’Хара Хесс Эйзенхардт». Работа по перестройке, получившая кодовое обозначение «Проект D-2», шла быстрыми темпами и завершилась всего через 13 недель. Она включала в себя:

— улучшенную броневую защиту из стали и титана, включая жесткий металлический верх с пуленепробиваемым остеклением (пятислойный винил-поликарбонат);
— укрепленный скелет кузова и усиленную подвеску, чтобы те могли выдержать возросший в полтора раза вес автомобиля;
— металлические диски с ободами внутри шин, позволявшие ехать и после пробития последних;
— «безопасный» бензобак, заполненный губчатой субстанцией;
— дополнительную дублированную систему кондиционирования с оборудованием для фильтрации наружного воздуха;
— переделку и перетяжку салона;
— новый, форсированный на 17 процентов двигатель ручной сборки.

Возрожденный автомобиль, получивший по случаю прозвище

Quick Fix — «Быстрая переделка» был готов 11 мая 1964 года. Все работы обошлись в полмиллиона долларов, которые были разделены пополам между Ford Motor Co и федеральной казной. С учетом первоначальной цены, окончательная стоимость Х-100/Quick Fix составила $700.000, или миллиона три нынешними «зелеными». Почти наверняка, это был самый дорогой неантикварный легковой автомобиль в истории мирового автопрома.

На этом приключения автомобиля не кончились. Президент Джонсон отказался ездить на нем, поскольку слишком многое в машине напоминало об ее прежнем владельце, а в прессе то и дело проскальзывали статьи на тему, как «

LBJ (инициалы Джонсона) без зазрения совести раскатывает на машине убиенного Кеннеди»… Пришли к компромиссу, лишь после перекраски автомобиля и темно-синего в черный цвет.

Впрочем, Джонсон так и не принял до конца «Быструю переделку», при каждом удобном случае стараясь ездить в других автомобилях из гаража Белого Дома. Ведь каждый раз, попадая в салон «Континенталя», он не мог не вспомнить, КАК он пришел к власти, и что если бы не убийство Кеннеди, ходить бы ему до сих пор в замах (напомню, что согласно законодательству США, вице-президент становится во главе государства лишь в случае смерти своего босса, а именно так и получилось с LBJ).

Ричарду Никсону, пришедшему к власти в 1968 году, такие чувства не терзали душу, и он спокойно ездил на этом «Континентале», пока спустя год не заказал себе очередной бронированный лимузин той же марки. Однако ветеран еще послужил и преемникам Никсона – Джеральду Форду и Джимми Картеру, и вышел в отставку только в 1977 году. Пробег автомобиля к этому моменту насчитывал около 100 тысяч миль. Ныне автомобиль, повидавший так много за свою жизнь, хранится в музее Форда в Дирборне.

М. ИКСАНОВ

Последняя пристань — музейный стенд в Дирборне.

X-100, конечно, уже не в первоначальном виде – в глаза бросается отсутствие на бампере красных проблесковых фонарей (в конце 60-х их переустановили вместо внутренней пары фар), иная форма центральной стойки.

Найджел Кеннеди появился на свет 28 декабря 1956 года в английском городе Брайтоне. Оба его родителя были музыкантами. Джон, виолончелист Royal Philharmonic Orchestra, оставил жену еще до рождения сына и вскоре эмигрировал в Австралию. Силла зарабатывала на жизнь, давая уроки игры на фортепиано. Денег на няню не было, и маленького Найджела приходилось брать с собой. Он буквально рос «под роялем». Неизбежно наступил момент, когда он из-под рояля выполз и начал пробовать пальчиками клавиши. Матушка не сомневалась в музыкальной одаренности сына и, как только он начал проявлять интерес, стала обучать его. В шесть лет он был зачислен в музыкальный класс школы Arundel, но одновременно отправился на прослушивание в школу Иегуди Менухина. Великий артист разглядел в скромном (тогда еще) мальчике большой потенциал и принял его. Матери он сообщил, что Найджел получил стипендию на обучение. Только после смерти Менухина обнаружилось, что Мастер самолично оплачивал обучение юного Кеннеди из собственных средств.

Вскоре после этого Силла вторично вышла замуж и сменила место жительства. Вдали от родных и с не особенно любимой скрипкой в качестве основного инструмента, Найджел не был слишком прилежным учеником, но зато со страстью отдался изучению музыки во всей ее полноте. «Мне гораздо больше нравилось играть на фортепиано, на котором я сразу мог добиться относительно достойных созвучий. Когда вы учитесь играть на скрипке, вы слышите кошмарный скрежет. И еще вы можете издавать только одну мелодическую линию, без гармонии. Фортепиано — другое дело: можно быстро научиться играть осмысленные мелодии». Единственное утешение Найджел находил в конфетах, которыми его угощала учительница, как только ему удавалось хоть немного продвинуться в обучении.

Другая музыка становилась все притягательнее для юного Кеннеди. Личность великого учителя сама по себе была этому стимулом, ведь не кто иной как Иегуди Менухин познакомил западный мир с Востоком, популяризировав Рави Шанкара задолго до Beatles, и «свел» классику с джазом, записав в разные годы четыре альбома со Стефаном Граппелли. Найджел слушал джаз, от Колтрейна и Коулмена до Монка и Майлза, и джаз-рок: Mahavishnu Orchestra, Сантану, Билли Кобэма. В один прекрасный день Граппелли собственной персоной явился в школу своего друга — и Найджел обрел еще одного учителя и покровителя. Старому джазмену было не в тягость таскать сорванца по клубам, играя джаз в две скрипки. Найджел отсыпался на уроках. Менухину приходилось время от времени разбираться с делами своего протеже… Уже позднее Кеннеди как-то опоздал вовремя внести квартплату, будучи пьян, и владелец недвижимости отправил счет сэру Иегуди. Менухин ответил открыткой: «Дорогой Найджел! Я ничего не имею против выпивки. Но, прошу тебя, НИКОГДА не кури!»

В 16 лет Найджел окончил школу и отправился продолжать обучение в престижнейшей школе Julliard в Нью-Йорке у знаменитой Дороти Дилэй. Конечно, он продолжал играть в джазовых клубах, набираясь опыта — а нахальства ему уже тогда было не занимать. «В школе Иегуди нас учили, что на свете нет ничего невозможного. Я наивно заявлялся в черные клубы. Во-первых, я был белый; во-вторых, англичанин; в-третьих, тинейджер; и в-четвертых, играл на скрипке — что за инструмент для гарлемской публики! Но если ты научился справляться с ТАКИМИ ситуациями, нет причин не верить в себя». Нью-Йорк оказался благосклонен к Найджелу: Джульярд он закончил с максимальным баллом, впервые за всю историю школы; и ему даже довелось выступить вместе с Граппелли на сцене Карнеги-холла.

Через три года, по окончании школы, Кеннеди вернулся в Лондон. Не сразу ему удалось «пробиться» в качестве солиста. В 1977 году Найджел дебютировал на сцене Royal Festival Hall в скрипичном концерте Мендельсона, выступал с Берлинским филармоническим в 1980 году и с оркестром лондонской филармонии под руководством Риккардо Мути. Добрым волшебником опять выступил Менухин, предложив Найджелу исполнить скрипичный концерт Элгара в Алберт-холле. За пультом стоял сам маэстро, который в свое время прославил этот концерт, играя с оркестром под управлением самого Элгара. После первого выступления Найджел продолжил исполнять концерт уже под управлением Вернона Хэндли и Чарльза Гроувза. Его трактовка произвела впечатление, и довольно скоро был заключен записывающий контракт с EMI Classics. (Не устаю восхищаться прозорливостью A&R-менеджеров EMI: едва ли не половина всех великих музыкантов записывалась у них, едва ли не половина всех великих альбомов за 110 лет отмечена печатью технического совершенства EMI). Скрипичный концерт Элгара в 1984 году стал первым в каталоге записей Кеннеди и принес ему первые награды — 1985 Gramophone Record of the Year с пятикратным отрывом от следующего номинанта, Лучший классический альбом года в Британии — и первое место в английском классическом топе. Он также стал первым рекордом Кеннеди по количеству проданных экземпляров — триста тысяч дисков мало кому известного молодого артиста что-нибудь да говорят о качестве музыки.

Найджел, привыкший к вольной атмосфере джаза, чувствовал себя все более скованным рамками консервативного мира классической музыки. Но время для открытого бунта еще не настало. Пока что его репутация укреплялась, один за другим выходили диски: скрипичный концерт Чайковского в 1986 году; концерты Уолтона для скрипки и альта в 1987; скрипичный концерт и 5 симфония Сибелиуса в 1988 году и в этом же году — скрипичные концерты Мендельсона и Бруха. Последний принес ему еще один золотой диск. И уже на обложке этого альбома, одного из самых восхитительных в музыкальном плане, мы видим Найджела в привычном теперь облике — в одежке с барахолки и с «перьями» на голове. В это же время он отказывается откликаться на имя «Найджел», называя себя просто «Кеннеди». Совсем еще молодой парень (хотя ему уже 32), не очень уверенно глядящий с обложки, еще не знает наверняка, насколько круто он перевернет классический мир через год, но уже вполне готов к этому.

А через год были «Времена года» Вивальди в сопровождении Английского камерного оркестра, невероятный взрыв популярности, шесть месяцев на вершине классического топа Англии, запись в книге рекордов Гиннесса и неслыханные два миллиона проданных дисков. (С тех пор цифра еще приросла и теперь превышает три миллиона — самый продаваемый альбом классической музыки и по сию пору). Говорить об этом концерте нет смысла, его нужно слышать, а еще лучше видеть — великолепная видеозапись бережно передает каждый коллективный вздох блестящего оркестра, не нуждающегося в дирижере, каждое движение души невероятного солиста, полностью погруженного в музыку, играющего без нот, на память, с закрытыми глазами…

Критики воспевали трактовку Кеннеди; он получил вторую Brit Award; дважды выступил для членов королевской семьи; видеозапись концерта также обрела свои награды; и наконец-то залы на его выступлениях были переполнены. Материальный успех позволил Найджелу выкупить в собственность скрипку, на которой он играл, Cathedrale работы Антонио Страдивари — как только он стал ее владельцем, он незамедлительно обменял ее на Lamont, рожденную в 1736 году скрипку Джузеппе Гварнери дель Джезу, в которую буквально влюбился годом ранее. (Недавно хулиган Кеннеди перекрестил свою красавицу стоимостью в миллион фунтов в… Kylie). За Вивальди последовали еще два диска: скрипичный концерт Брамса с Лондонским филармоническим под управлением Клауса Теннстедта в 1991 году и с ним же — Бетховен в 1992. Оба они моментально стали золотыми. Но Кеннеди чувствовал, что в исполнении классической музыки он достиг своего предела. И он объявил о своем уходе от активной концертной деятельности. Формальным поводом стала необходимость второй хирургической операции на шее — боль давно мучала его и стала причиной отмены нескольких концертов — но в действительности Найджел хотел получить возможность в тишине обдумать свой дальнейший путь, записать диск собственных сочинений, поиграть с рок-музыкантами. Пять лет он скрывался от света юпитеров, играл в маленьких клубах, Оксфорде и Кембридже, сочинял, просто жил. Вначале он планировал издать альбом вариаций на музыку Джими Хендрикса (это был не первый «отход» от чистой классики — альбом джазовых стандартов «Kennedy Plays Jazz» вышел в 1984 году, в 1986 году был записан диск с музыкой Бартока и Эллингтона «Mainly Black» — переработкой сюиты «Black, Brown & Beige», и на концертах на «бис» Кеннеди давно уже исполнял джазовые композиции). Однако проблемы с наследниками Хендрикса не позволили осуществить проект в то время. Кеннеди не унывал: «Ладно, отложим Хендрикса на потом — этот альбом я могу записать хоть в восемьдесят лет, потому что Джими — классический композитор, как Бах или остальные». Вместо этого он собрал своих друзей, у многих из которых уже успел отметиться на дисках, и записал альбом «Kafka». Запись заняла четыре месяца, в ней приняли участие Дэнни Томпсон, Ману Катче, Донован, Джейн Сиберри, Нана Васконселос, Джон Этеридж. Сам Кеннеди играл не только на акустической и электрической скрипке и альте, но также на фортепиано, мандолине и даже саксофоне. В композиции «Melody In The Wind» Найджел уступил ведущую партию своему учителю в музыке и в жизни, Стефану Граппелли; их трогательный дуэт — украшение диска. Самый искушенный слушатель затруднится точно определить жанр этого альбома. Не джаз-рок, но и не джаз, в основном электрический, но местами просто эфирный, с необычными вокальными партиями на полузнакомом языке, с родным Кеннеди кельтским духом, с великолепной скрипкой, порой неотличимо имитирующей электрогитару — с восхитительными мелодиями, классными музыкантами и безупречно продуманной концепцией — это, безусловно, один из лучших электрических альбомов всех времен.

В апреле 1997 года Кеннеди вернулся на классическую сцену. Невзирая на разгар предвыборной кампании, первые полосы английских газет были оккупированы заголовками «Kennedy is back!». Триумфальные гастроли по всему миру, восторг аудитории и восхищение критики, запись нескольких альбомов — новая версия концерта Элгара под управлением Саймона Рэттла, вместе с воздушной «The Lark Ascending» Воэна Уильямса, в 1997 году; альбом-посвящение великому скрипачу и композитору Фрицу Крайслеру в 1998; великолепнейшая коллекция классических миниатюр «Classic Kennedy» в 1999 (мгновенно взлетевшая на первое место в чарте). Наконец, в 1999 году настало время «Hendrix Concerto» — вначале именно в концертном варианте, сперва с камерным оркестром в Германии, затем в составе группы из восьми музыкантов, включавшей гитариста Soft Machine Джона Этериджа, две виолончели, бас, флейту и гобой. Кеннеди написал партитуры для всех инструментов, кроме струнных и гитары — их партии были полностью импровизационными. Диск вышел в том же году и оказался одним из самых захватывающих экспериментов. Абсолютная противоположность стандартному трибьютному альбому — не просто новая аранжировка, но полная деконструкция и рекомпозиция, открывшая такие глубины новаторской музыки Хендрикса, о которых сам Джими мог не иметь полного представления, совершенно отличная по форме от оригинала и совершенно родственная ему по духу. Немногие с первого раза распознают в трактовке Кеннеди «Fire» или «Purple Haze» — но тому, кто готов слушать одновременно головой и сердцем, откроется гармоничность и многозначность этой сверх-авангардной музыки. Альбом посвящен памяти недавно умершего Граппелли.

Символично, что именно Хендрикс стал источником вдохновения для Кеннеди: насколько Джими был революционером в роке, настолько же Найджел стал революционером в классике. Сотни классных и десятки отличных гитаристов в одночасье стали звучать серо и уныло после «Hey Joe». Они не перестали играть, просто теперь это уже была музыка прошлого века. Сотни классных и десятки отличных скрипачей тоже не перестали играть после взлета Кеннеди — но на фоне его умной, страстной, огненной, свободной, очень мужественной и невероятно точной игры они звучат почти ученически, шаблонно, скованно… В технике Кеннеди отчетливо слышны интонации обоих его великих учителей — но, свободное дитя свободного века, он превзошел даже их. (Единственный раз за все время изложения я высказываю собственное личное мнение; согласитесь вы или нет, но в определенном смысле Кеннеди — лучший музыкант нашего времени. Его виртуозная техника, столь легкая на первый посторонний взгляд, при внимательном рассмотрении совершенно непостижима. Голос скрипки Найджела Кеннеди, также как голос души Тима Бакли, одни могли бы стать оправданием существования человеческой расы. Слушая его, я вспоминаю знаменитую историю про Эйнштейна, впервые посетившего концерт Иегуди Менухина, когда тому было всего тринадцать лет. После концерта потрясенный Эйнштейн ворвался за кулисы и воскликнул: «Теперь я знаю, что Бог существует!» Теперь — и — я — знаю).

Убийство Джона Кеннеди

После ошеломляющего «Hendrix Concerto» и восхитительного «Classic Kennedy» Найджел записал в 2000 году несколько более традиционных альбомов — дуэты с виолончелистом Линном Харреллом; не особенно выразительный оркестровый трибьют Doors, «The Doors Concerto», в котором он принял участие только в качестве исполнителя, сыграв партии чужого сочинения; и, впервые на записи со знаменитым Берлинским филармоническим, скрипичные концерты Баха. В следующем году он немного «сбавил обороты», стараясь проводить больше времени со своим сыном. Сарк Айвз Амадеус Кеннеди родился, когда Найджел и его подруга, Ив Уэстмор, уже собирались расставаться. Но Найджел не хотел, чтобы сын рос без него. Мальчик живет поочередно у матери и отца, с которым он проводит по меньшей мере 10 дней в месяц. Сейчас ему идет седьмой год, и Найджел собирается отдать его в частную школу: «Я, конечно, социалист и все такое, но я хочу, чтобы у парня были лучшие возможности с самого начала». Благодаря Сарку Найджел обрел свое нынешнее семейное счастье. Познакомившись на вечеринке со студенткой из Польши Агнешкой Шовниец («Я подумал — Бог мой! Какая красивая женщина»), он вспомнил про нее, когда малышу потребовалась няня. Живя в одном доме, Найджел и Агнешка постепенно сблизились и в прошлом году поженились. Сарк был единственным свидетелем на скромной свадьбе. Агнешке 25 лет, она изучает право в Лондоне. Все отмечают ее редкую тактичность и поразительную красоту, а Найджел хвалит еще и за бережливость. «Что мне нравится в ней, так это то, что она не тратит денег зря. Я не скряга, но сами посудите, как бы смотрелась женщина, одетая от Версаче или Гуччи, рядом со мной?» Найджел по-прежнему предпочитает одежду с блошиного рынка. Они живут поочередно в Лондоне, Малверне и Кракове. Здесь Найджел нашел свое новое вдохновение, а также новую работу — он стал художественным руководителем Польского камерного оркестра. Должность, которую до этого занимал Иегуди Менухин…

Суперзвезда и миллионер, Кеннеди каждый день отдает упражнениям на своей бесценной скрипке не менее трех часов. Он играет не более 40 публичных концертов в год, чтобы не потерять свежесть восприятия. Требовательный к себе, он требователен и к своим партнерам по концертной площадке. Не раз становились достоянием публики скандалы по поводу недостаточного времени для репетиций, предоставляемого английскими оркестрами. Однажды Кеннеди даже отменил по этой причине назначенное выступление на Gramophone Awards, сыграв вместо запланированного концерта для скрипки с оркестром сонату Баха для скрипки соло. С горечью он говорил о том, что большинство английских оркестров готовы довольствоваться второразрядной продукцией… Недавно Кеннеди выступил с беспрецендентным предложением: три года он будет выступать в Англии без гонораров, при наличии достойных репетиционных условий и возмещении затрат. Скептики сразу возразили, что запросы у Найджела ого-го какие, возмещение затрат уже влетит в копеечку: тут и шампанское определенной марки в номер, и увлажнители воздуха в каждом помещении… Шампанское, положим, не перевесит гонораров, а постоянная влажность нужна вовсе не Найджелу, а его возлюбленной «Кайли».

В 2002 году EMI Classics выпустила сборник «Nigel Kennedy’s Greatest Hits». «Когда ребята из EMI предложили издать сборник, я подумал: не самая лучшая идея. Я что, уже миновал свою вершину? Я отказался, парни не стали сердиться и настаивать. Но потом я начал размышлять: чего ты из себя примадонну строишь? Можно ведь рассматривать это и как повод для гордости. Много ли классических скрипачей имеют в своем активе хотя бы один «хит»? Так что я перезвонил парням и сообщил, что передумал». Приуроченный к двадцатипятилетию сценической карьеры Кеннеди, альбом вышел в однодисковом и двухдисковом вариантах. На обложке Найджел в боевой красно-синей раскраске, вцепившийся зубами в скрипку. «Пинок» в сторону Ванессы Мэй? Нет, просто это цвета любимой футбольной команды Кеннеди, «Астон Вилла», которой он предан настолько, что даже вошел в состав правления — верх конформизма для бунтаря и панка. В его гардеробе частенько есть что-нибудь красно-синее — то фирменный астонвилловский шарф, то носки разного цвета — один красный, другой синий, то еще более интимные предметы туалета. Правда, в последнее время «Вилла» выступает неважно, огорчая своего вице-президента… Помимо шокирующей обложки и коллекции уникальных фотографий, «Greatest Hits» ценен еще одной важной деталью: Кеннеди вернул себе имя! Теперь он опять Найджел. Ну, мы-то всегда это знали… В Германии вообще обозначение «Кеннеди» не в ходу: даже кассиры в филармониях кличут его исключительно по имени. На этом диске впервые проявляется новое увлечение Кеннеди — клезмер, музыка восточноевропейских евреев. Вместе с польским клезмер-трио Kroke он исполняет одну из жемчужин скрипичной музыки, «Чардаш» Витторио Монти. Безупречно канонический и непередаваемо прекрасный на «Classic Kennedy», на «Greatest Hits» этот номер искрится характерно еврейским юмором. Найджел очарован музыкой Kroke: «Эти парни звучат как целый оркестр!». Он выступает с ними на концертах в Лондоне, Варшаве, Кракове под оглушительные аплодисменты публики. В июне этого (2003) года выходит альбом «East Meets East — Nigel Kennedy and the Kroke Band». Еще один жест признательности Учителю — название перекликается с Менухинским «West Meets East». В альбом вошли как обработки народных мелодий, так и написанные в таком же духе собственные композиции (забавно подписанные Bawol/Kennedy/Kukurba/Lato) и одна вещь Горана Бреговича. В целом эта работа сильно отличается от других дисков Кеннеди. Если «Hendrix Concerto» — безусловно, музыка «для головы», «Kafka» — музыка для сердца, классические альбомы — музыка для души, то новый проект — в некотором смысле — музыка для тела. С первых звуков невозможно спокойно усидеть на месте. Даже если вы сможете удержаться от искушения пуститься в пляс, вы неизбежно будете притопывать ногой, хлопать рукой, покачивать головой под каждую мелодию, будь то «танец» или «плач». По «отдаленности» от привычного звучания Кеннеди этот альбом уступает только Hendrix Concerto. Но — почему нет??? Тем, кому не хватает любимых классических мелодий, осталось ждать недолго — Найджел записывает новую версию «Four Seasons» Вивальди с Берлинским филармоническим оркестром. Диск обещан к выпуску уже в этом году. Найджел Кеннеди, «великий и ужасный», бесконечно преданный Музыке, наверняка найдет чем удивить нас.

13-16 июня 2003, Ирина Мирзуитова.

Самый информативный сайт, посвященный Найджелу — Another String.

Music page — О музыке       Rock encyclopedy — Энциклопедия       Карта сайта — Site map       Ссылки — Links       Список бутлегов
Гостевая книга — Guestbook
Agharta main page

В Белине был открыт музей президента США Джона Кеннеди. Это произошло недалеко от Бранденбургских ворот.. Открытие выставки посетил племянник экс-президента Эстонии Кеннеди, он высказал мнение, что этот музей будет интересен не только пожилым, но и молодым жителям Берлина.

Экспонаты музея

Выставка состоит из ряда предметов. Выставка будет интересна настоящим ценителям истории, ведь в её основу лёг визит Джона Кеннеди в Западный Берлин, который состоялся двадцать шестого июня тысяча девятьсот шестьдесят третьего года. К основным экспонатам выставки можно отнести несколько экспонатов.

Первый экспонат, которому стоит уделить внимание, это записи, которые использовал Джон Кеннеди в момент выступления около ратуши Шенеберга. Эта ратуша была построена в 1914 году. Знаменитая речь Джона Кеннеди прозвучала двадцать шестого июня тысяча девятьсот шестьдесят третьего года вблизи этой ратуши. Слова Кеннеди запомнились на годы: «Я-Берлинец».

Второй основной экспонат выставки – это Золотая книга города Берлин. Именно в этой книге Джон Кеннеди оставил запись.

Третий основной экспонат выставки – это личные вещи Джона Кеннеди – папка из крокодиловой кожи, очки Джона Кеннеди, а также брелок для ключей, на котором изображён Папа Римский Пий XII. Посетители музея смогут увидеть и чемодан Джона Кеннеди, выполненный из крокодиловой кожи. Именно с этим чемоданом Джон Кеннеди совершил свою последнюю поездку в Даллас. Когда Джон Кеннеди со своей супругой прилетел в Даллас и поехал в сторону города, его кортеж был обстрелян. Это убийство не могут разгадать до сих пор. Президент был ранен в голову, после чего был доставлен в больницу. Однако врачам не удалось спасти Джона Кеннеди, он скончался в больнице спустя тридцать минут после убийства. Становится понятно, что его личные вещи, которые представлены на выставке, находящиеся с ним в момент убийства, имеют огромную ценность. Это часть американской истории.

Четвёртый экспонат выставки – фотографии из частных коллекций, количество которых измеряется сотнями, письма, документы. Причём все эти вещи принадлежали не только самому президенту США Джону Кеннеди, но и всем членам его семьи. Таким образом, посетители этого музея могут почувствовать дух не только самого президента, а дух всей его семьи.

В этом музее отдыхают не только глаза, но и уши

Туристы и жители Берлина получили уникальную возможность не только осматривать экспонаты, но и услышать голос Джона Кеннеди. На территории музея установлены специальные динамики, которые транслируют речь Джона Кеннеди, которую он сказал возле ратуши Шенеберг.. Одна из самых известных фраз Кеннеди, которую произносит президент Америки, это его «Я-берлинец». Эту фразу он произнёс как проявление американским народом солидарности жителям Западного Берлина. Причина этого в блокаде, объявленная немцам в тысяча девятьсот шестьдесят первом году Хрущевым. В то же время Хрущев издал приказ о необходимости возведения Берлинской стены, которая вскоре была построена.

О человеке, ради которого создали музей

Джон Кеннеди был уважаем в Западной Германии, создание такого музея – это проявление большого почитания этим американским президентом. Джон Кеннеди родился двадцать девятого мая тысяча девятьсот семнадцатого года. Кеннеди родился в двадцатом веке, первый из всех президентов США. Это был истинный католик. Джон Кеннеди являлся тридцать пятым американским президентом, время его президентства продолжалось с двадцатого января тысяча девятьсот шестьдесят первого года. Эпоха Джона Кеннеди закончилась двадцать второго ноября тысяча девятьсот шестьдесят третьего года.

Убийство Кеннеди

Именно в этот день произошло загадочное убийство Кеннеди, которое до сих является самым загадочным убийством Америки. Несмотря на то, что убийца Кеннеди был назван, статистика сообщает, что большинство жителей Америки – 70% — не верит в официальную версию убийства.

Время президентства Джона Кеннеди называется Карибским кризисом. В те же годы было положено начало по уравниванию чернокожих людей с белокожими. Кроме того, в эти годы Соединённые Штаты Америки стали заявлять о своих космических достижениях. Во времена Джона Кеннеди была запущена космическая программа «Аполлон».

Адрес музея:

AuguststraЯe 11-13, Берлин 10117, Германия. Телефон музея Джона Кеннеди +49 (0)30 20 65 35 70.

Дата публикации: августа 21, 2012

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *