Что 2 стоит дороже чем 3?

Сайт Gizchina опубликовал свежий рейтинг лучших смартфонов стоимостью не более 100 долларов. В него вошли две модели от Xiaomi, аппарат ZTE и несколько других.

Стоит заметить, что в для российских покупателей устройства могут быть дороже — например, потому что девайсы с глобальными прошивками практически всегда продаются по более высоким ценам.

Первые два места достались бюджетникам Redmi 7 и Redmi 7A.

Первая модель Redmi 7 оснащена 2/3/4 Гб ОЗУ и 16/32/64 Гб ПЗУ (предусмотрен слот для карты памяти и двух SIM), 6,26-дюймовым экраном с разрешением HD+ с небольшим каплевидным вырезом, процессором Snapdragon 632, двойной основной камерой на 12+2 Мп и фронталкой на 8 Мп. Емкость аккумулятора внушительная — 4000 мАч, стоимость в России — от 7500 рублей за младшую версию.

Модель Redmi 7A попроще — она оборудована 5,45-дюймовым экраном с разрешением HD+, процессором Snapdragon 439, одинарной основной камерой на 13 Мп и фронтальной на 5 Мп. Что касается памяти, то ее объем может составлять 2/3 Гб ОЗУ и 16/32 Гб ПЗУ. В России за девайс просят от 5800 рублей.

ZTE Blade A7 имеет 6,1-дюймовый экран с разрешением HD+ (1560×720 пикселей), 2/3 2 Гб памяти, камеры на 16 и 8 Мп, работает на Android 9, оснащен слотом для microSD, совмещенным с SIM-картой, и аккумулятором на 3200 мАч. Подойдет любителям больших дисплеев, цена в России — менее 7000 рублей.

В рейтинг Gizchina также вошли смартфоны Lenovo K9 Note, работающие на почти неактуальном Android 8.0, и Umidigi A5 Pro, которые в России не продаются официально, да и «серовозы» их не очень жалуют. Вместо них можно рекомендовать к покупке Honor 7A Pro, Huawei Y5 (2019) и Realme C2.

Honor 7A Pro стоимостью 7990 рублей у официального поставщика оснащен 5,7-дюймовым экраном с разрешением HD+ (1440×720 пикселей), аккумулятором на 3000 мАч, 2/15 гигабайтами памяти, процессором Qualcomm Snapdragon 430, отдельным слотом microSD, двумя отделениями для SIM-карт, камерами на 13 и 8 Мп. Схожая по характеристикам младшая модель Honor 7A отличается меньшим экраном — 5,45 дюйма. Тем, кому нужен компактный смартфон, вполне подойдет.

Realme C2, как и ZTE Blade A7, имеет 6,1-дюймовый экран. Он оснащен 2/16 Гб памяти, процессором Mediatek Helio P22, камерами на 13+2 и 5 Мп, аккумулятором на 4000 мАч, а также отдельным слотом для карты памяти. Девайс работает на Android 9.0 и стоит около 7000 рублей.

Наконец, Huawei Y5 2019 года предлагает 2/32 Гб памяти, процессор MediaTek Helio A22, экран 5,71 дюйма HD+, аккумулятор на 3020 мАч, совмещенный слот для карты памяти, основную и фронтальную камеры на 13 и 5 Мп. Стоимость в России — около 6800 рублей.

Председатель комитета автопроизводителей АЕБ Йорг Шрайбер уже 12 лет занимает пост главы Mazda Motor Rus. Вместе с российскими автомобилистами он пережил несколько кризисов, запуск и продление режима промсборки, санкции и внедрение специальных инвестиционных контрактов (СПИК). В 2016 году, когда рубль еще не стабилизировался, а прогнозы по рынку были неопределенными, Mazda стала первой в России компанией, которая рискнула подписать предложенный Минпромторгом СПИК и инвестировать в производство двигателей и выпуск новых моделей во Владивостоке. Летом Mazda начинает российские продажи обновленного компактного кроссовера CX-5, а осенью — нового большого кроссовера CX-9.

— Когда мы увидим первые результаты от заключения СПИК и новых инвестиций?

— Сначала должно пройти определенное время.

На заводе во Владивостоке мы будем выпускать двигатели и планируем расширить модельный ряд.

Когда это будет, я пока точно ответить не готов. Но это точно будет, и довольно скоро.

— Оказался ли СПИК выгоден, ведь многие критикуют этот инструмент?

— Когда вопрос доходит до инвестиций, никто не раскроет всех подробностей. Это соглашение между российским правительством и компанией, и что там написано, никто не расскажет. Но мы в этот инструмент верим, хотя требования довольно жесткие. После прекращения действия соглашения о промышленной сборке (2018–2019 годы. — «Газета.Ru») у автопроизводителей будут три возможных варианта того, как работать дальше. Первый — работать вовсе без каких-либо инструментов. Второй — работать при помощи схожих с промсборкой инструментов, которые пока только обещают разработать в Министерстве экономического развития. И последний — этот самый СПИК. Мы в Mazda не верим в продление режима промсборки. Поэтому у нас был выбор — или ничего, или другой инструмент.

Реклама

Правительство, как и мы, заинтересовано в том, чтобы привлекать новые инвестиции на долгосрочной основе. Возможность планирования сейчас крайне важна. И поэтому мы решили подписать СПИК и продолжить инвестировать.

closeMazda CX-5

Mazda CX-5

Mazda Motor

— Но есть автопроизводители, которые уже вложили в Россию миллиарды евро, построили заводы, вышли на высокий уровень локализации. Инвестировать еще, чтобы подписать специнвестконтракт, они не хотят или просто не видят в этом смысла. Как быть с ними?

— Когда автокомпании подписывали соглашения о промсборке, всем было понятно, что Россия вступит во Всемирную торговую организацию (ВТО). И они знали, что промсборка в своем виде не будет работать вечно. Я не знаю, к какому сейчас решению придут в правительстве, но пока чаще звучат слова о том, что требования, которые были согласованы при вступлении ВТО, нужно уважать.

— Эта неопределенность, пока между собой разбираются Минпромторг (выступают за СПИК) и Минэкономразвития (обещают продлить промсборку), как она отражается на поведении автопроизводителей и на нас, потребителях? Придерживаются новые модели, не опускаются цены на автомобили?

— Каким бы ни было решение, из-за него автомобили дешеветь не будут. Тут намного более важную роль играют валютные курсы. Причем важно не только отношение рубля к евро и доллару. В нашем случае с Mazda это еще и корреляция с японской иеной, многие этого просто не понимают. Что касается инвестиционных программ, они дают эффект только через два-четыре года. Поэтому если вы хотите купить новый автомобиль, то ждать не стоит.

Оптимально принимать решение о покупке автомобиля за год. Если долго думать, у вас вообще никогда не будет машины — все будет постоянно меняться.

— Сейчас автопроизводители ждут появления доработанной стратегии развития автопрома. Что в ней обязательно должно быть прописано и сложно ли сейчас строить планы в России?

— При разработке таких документов важны преемственность и сохранение смысла уже принятых ранее решений. Ключевые направления не должны постоянно меняться на 180 градусов. Иначе самому правительству будет сложно выйти на им же поставленные цели. Мы должны думать о новых инструментах, программах. Их нужно раскручивать, объяснять, как они работают, потому что люди иногда даже не знают, что могут ими воспользоваться.

Не надо каждый год придумывать что-то типа «Платона» или ГЛОНАСС.

Резких изменений в законодательстве, налогообложении быть не должно, для того чтобы сохранить уже сделанные инвестиции, чтобы заводы не закрывались — у нас такой плохой пример уже есть.

closeMazda CX-9

Mazda CX-9

Mazda Motor

— С ГЛОНАСС вообще было много проблем — автокомпании до последнего не знали, разрешат с 2017 года ввозить в Россию автомобили без этой системы или нет.

— Когда только начались разговоры о ГЛОНАСС, все мы начали бегать, пытаться узнать, как это будет работать. Сначала нам говорили, что со старым одобрением типа транспортного средства (ОТТС) автомобили никак нельзя будет ввозить в Россию. Потом — что все-таки можно. Потом — что можно, но в некоторых местах их все равно признавать не будут, например в ГИБДД.

Поэтому стратегия развития автопрома не должна превращаться в предвыборную политическую программу для чиновников.

Тот же ГЛОНАСС в итоге заработал, но с большой головной болью. Автокомпаниям нужно три-четыре года, чтобы спокойно подготовиться ко всем изменениям. Мы за хорошие идеи. Но не так, чтобы сегодня прошло первое чтение в Госдуме, а к 1 января в автомобилях должно появиться что-то новое.

— Всех автопроизводителей в России убеждают развивать экспорт, пока нет спроса на местном рынке. На ваш взгляд, это реальная возможность для автокомпаний заработать или просто красивые слова?

— Когда рынок простаивает, а построенные мощности не загружены на приемлемом уровне (это 80% от проектной мощности), то нужно что-то придумывать. И экспорт — один из вариантов. Но в случае с Mazda я не считаю, что нам нужно развивать эту бизнес-модель, потому что существующие льготы все равно не покрывают все расходы, а только их часть.

Лично я не верю, что экспорт — способ решения проблемы.

Он может быть интересен для тех брендов, которые уже экспортируют продукцию и получают за это льготы и субсидии. Поэтому им нужно искать рынки, где можно что-то продать. Но я не думаю, что Россия — идеальный рынок для производства автомобилей в плане себестоимости. Есть и другие страны, где можно их собирать.

Да, Китай, Индия сейчас уже не так дешевы, но есть Малайзия, Индонезия, Вьетнам — там расходы на производство гораздо ниже.

А если Россия выйдет на плановые показатели развития экономики, о которой говорит правительство, то мы уже определенно не будем дешевой страной для производства.

— Но в США много автомобильных заводов, которые собирают хотя бы одну массовую модель, и стоимость рабочей силы там тоже недешева. Почему же крупнейшие автомобильные заводы строят там, а не в России?

— И снова дело в стабильности рамочных условий и отсутствии скачкообразности при принятии политических решений. Что, правда, сейчас становится уже не совсем так. Если бы автопроизводители знали, что там (в США. — «Газета.Ru») будет такой президент, может быть, они принимали уже другие решения. Но сейчас все быстро меняется. В России еще около трех лет назад никто и не думал о каких-то санкциях, из-за которых теперь столько неясностей. Но выхода нет, внешнеполитические факторы всегда влияют на бизнес, и нам приходится с этим жить.

Ранее автопроизводитель объявлял, что откажется от открытой продажи гибридного автомобиля XL1, сообщив, что приобрести гибрид, который позиционируется как самый экономичный (с точки зрения расхода топлива) автомобиль в мире, можно будет только в лизинг. Теперь компания решила все-таки запустить в открытую продажу ограниченную серию XL1.
Ориентировочная стоимость модели составит около 110 000 евро. Таким образом, XL1 станет не только самой дорогой моделью марки Volkswagen, но и самым дорогим гибридным автомобилем в мире. Кроме того, сверхэкономичный автомобиль является еще и самым маломощным из гибридных авто. Силовая установка XL1 состоит из 1-литрового 2-цилиндрового турбодизельного двигателя и 27-сильного электромотора. Зато расходует автомобиль всего 1 литр топлива на 100 км пути.
Тираж новинки составит всего 250 экземпляров, но не известно, удастся ли автопроизводителю реализовать даже эти две с половиной сотни машин: мало кто готов единовременно выложить столь крупную сумму ради будущей экономии на топливе.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *